Памяти Моисея Фишбейна. Наиболее хрупкий лирик ХХ века соединил в себе украинское и еврейское

Памяти Моисея Фишбейна. Наиболее хрупкий лирик ХХ века соединил в себе украинское и еврейское
(Рубрика «Точка зрения») ...И уже уста судорогой свело, И приняла душа неопалимая Раскаленные холмы Иерусалима И Киева опаленное зело.

Эти строки Моисея Фишбейна могут быть эпитафией ко всему его невероятной жизни, а могут быть – самой жизненной программой. Мы прощаемся с одним из самых проницательных, самых хрупких украинских лириков ХХ века, но не только. Он стал украинским евреем, к тому же политическим украинским евреем

Фишбейн – настоящий феномен украинской культуры, он стал украинским евреем, к тому же политическим украинским евреем – когда еще никаких украинских евреев просто не было. Конечно, были евреи, которые становились настоящими рыцарями украинской культуры, но так соединить в себе украинское и еврейское, Киев и Иерусалим, Реку и Стену – как в цитируемом мной сонете – мог только он.

Как ему это удалось? Отвечу просто – по большой любви. Он был влюбленным в Украину, как в женщину – так еврейский парень может влюбиться в юношеские годы в красавицу с соседней улицы и боготворить ее всю жизнь, не замечать морщин и усталости. Это был такой великий дар, дар слова, дар любви с закрытыми глазами, когда ты закрываешь глаза и видишь эту красоту, и слышишь песню, спетую молодым голосом. Мне всегда было трудно с этим его даром, как многим из нас, потому что я умею любить только с открытыми глазами, ну и потому, видимо, он был непревзойденный поэт, а я только журналист, который сегодня прощается не просто с ним самим, а с этим его даром, с его легендой. С его умением любить. Прощается с его Украиной, которую он выносил в сердце и воспроизвел на бумаге. Благослови, пусть останутся со мной, Пока идти по дороге земной, Пока есть еще воспоминания земные. Умер украинский поэт, бывший автор Радио Свобода Моисей Фишбейн