Сто лет назад: как Галицкая армия покраснела

 Сто лет назад: как Галицкая армия покраснела


Сто лет назад, в феврале 1920 года, Украинская Галицкая армия заключила соглашение с Рабоче-крестьянской красной армией. Таким образом, образовалась Красная Украинская Галицкая армия. О том, почему Украинская галицкая армия покраснела и к каким это привело последствиям, Радио Свобода поговорило с исследователем украинской военной истории Александром Дєдиком.

– В ноябре 1919 года командование УГА заключило соглашение с российскими белогвардейцами. Тогда галичане оказались в ситуации, если не сказать катастрофической ситуации, когда армия была поражена эпидемией тифа. Заключить новое соглашение галичан заставило то, что белогвардейцы на тот момент потерпели поражение в гражданской войне. По чьей инициативе начались переговоры между УГА и большевиками? В январе-феврале 1920 года ситуация настолько ухудшилась, что этот госпиталь уже был не на колесах, а на ногах

– Переговоры прошли довольно сложный процесс и начались они не сверху, а по инициативе снизу. Здесь надо констатировать: если Украинская галицкая армия считала себя госпиталем на колесах в ноябре 1919 года, то в январе-феврале 1920 года ситуация настолько ухудшилась, что этот госпиталь уже был не на колесах, а на ногах.

Степан Шухевич, известный адвокат, а тогда старшина Галицкой армии оставил нам такое воспоминание, что он ехал на санях по служебным делам и встретил по дороге стрелка, который передвигался пешком. Ему предложили сесть на сани, чтобы подвезти. Тот отказался, мотивируясь тем, что если он сядет в сани, он не имеет во что закутаться, а в них нет лишней шинели, поэтому он замерзнет уезжая санями. А пока он идет своими ногами, то есть шанс не замерзнуть. Галицкая армия должна была думать просто о том, чтобы спасти себя организационную структуру и чтобы спасти как можно больше людей

Понятно, что при таких обстоятельствах о боевых действиях идти не могло. Галицкая армия должна была думать просто о том, чтобы спасти себя организационную структуру и чтобы спасти как можно больше людей, которые в ней служили. Это обстоятельство, которая побуждала искать выход из трагического положения. Положение было действительно трагическое тем, что союзник Галицкой армии – на то время, белогвардейцы проиграли свою битву и полным ходом отступали на всех фронтах. Было ясно, что от них помощи ожидать нечего, они этот госпиталь на ногах уже прикрыть не смогут.

Нужно было спасаться самим, и в поисках выхода из ситуации рассматривались разные альтернативы. Командование Галицкой армии во главе с генералом Микиткою стояло на позиции, что нужно союз с белогвардейцами сохранить. Мотивировалось это решение тем, что белогвардейцы это Антанта, и только Антанта может дать Галичине какой-то шанс на признание своей государственности. Под крылом Начальной команды возник еще один ревком, который провел так называемый переворот

А те вояки Галицкой армии, которые остались разбросаны по госпиталям от Винницы до Одессы, должны были спасать своей жизни в условиях войны. В то время на фронте продвигалась Красная армия, поэтому нужно было вступать с ней в переговоры. С этой целью в Виннице воины-галичане создали ревком в соответствии с тогдашней политической моды. И этот ревком начал первым переговоры с красными. Красные конечно выступили за то, что они хотят говорить не с каким-то ревкомом, а с официальным руководством Галицкой армии, хотят иметь договоренности со всей Галицкой армией, а не с ее частью. Поэтому вынудили этот ревком вступить в переговоры с Начальною командой. Начальная команда сначала отказывалась, но когда ее планы спасти Галицкую армию – во-первых, путем перехода в Румынию, румыны отказали; во-вторых, путем обороны в районе Одессы, что оказалось невозможным физическое состояние армии – не сработали, уже под крылом Начальной команды возник еще один ревком, который провел так называемый переворот. Похоже, этот переворот был санкционирован Начальною командой, хотя мы не должны этому официального подтверждения. Но легкость того переворота подтверждает, что Начальная команда согласилась с тем, что нужно входить в тот или иной способ контакт с большевиками.

Такая версия, пока не подтвержденная, что арест галицких генералов – командующего армии Иосифа Никитки и начальника его штаба генерала Густава Ціріца – был осуществлен с их согласия. Они были готовы даже пожертвовать собой ради того, чтобы можно было завоевать у красных какие-то более или менее приемлемые условия этого союза. В таких обстоятельствах с 28 января по 6 февраля 1920 года состоялось покраснение Галицкой армии. Ревком взял власть в свои руки и официально вступил в отношения с большевиками. Так началась история этого союза.

– А как шли переговоры и на каких условиях Украинская Галицкая армия покраснела? Во втором вопросе – сохранение организационной целостности Галицкой армии – большевики были решительно настроены это гнездо контрреволюции нейтрализовать

– Первое, что интересовало галичан, это спасти жизнь их больных – получение материальной помощи, лекарств, одежды. В вторую очередь их интересовало сохранение собственной организационной структуры. С первым вопросом большевики формально согласились, хотя исполняли его в пределах своих возможностей не очень удовлетворительно: того объема лекарств и одежды, на которые надеялась Галицкая армия, они не получили. Очевидно, это мотивировалось не только злой волей большевиков, но их собственным материальным положением. Связи между политическим руководством и начальною командой не было ни одного. И это обстоятельство обусловило метания Галицкой армии из стороны в сторону

Во втором вопросе – сохранение организационной целостности Галицкой армии – большевики решительно были настроены это гнездо контрреволюции нейтрализовать. Их план был прост: целостность Галицкой армии не хранить, а разделить ее на три отдельные бригады, а они входят в три разные большевистские дивизии, которые подчиняются большевистскому фронтовому командованию. А Начальная команда Галицкой армии оставляет за собой только административные функции, ни оперативного руководства в ее руках не остается. Галичане поборюкалися, но должны были с этими условиями согласиться. Таким образом три переформированы в бригады галицкие корпуса оказались в составе трех разных советских дивизий.

– Или хранился связь между армией и политическим руководством Западноукраинской Народной Республики? Как президент ЗУНР Евгений Петрушевич встретил информацию о том, что Украинская Галицкая армия стала красной?

– Связи между политическим руководством и начальною командой не было ни одного. И это обстоятельство обусловило метания Галицкой армии из стороны в сторону. Когда 16 ноября 1919 года президент Петрушевич, дав тихую согласие на подписание договора с белогвардейцами, уехал в Вену, он был обязан из Вены любым способом добраться до Одессы, чтобы осуществлять политическое руководство Галицкой армией. Тогда бы, возможно, обстоятельства сложились совершенно иначе. Возможно, ему удалось бы лучше договориться с белогвардейцами и вывезти армию в какой-то другой район. Возможно, он дал бы команду всей Галицкой армии прорываться вместе с отрядом белогвардейца генерала Бредова, который сумел пробиться от Одессы на Запад в расположение польского войска. Возможно, Галицкая армия вместе с этим отрядом также могла бы выполнить этот прорыв, как это сделала 4-я галицкая бригада под командованием атамана Богуслава Шашкевича. Они отправились вслед за отрядом генерала Бредова и пробились в расположение польского войска. Но в этот момент там уже были украинские части генерала Удовиченко, и атаман Шашкевич присоединился к нему. Белогвардейцев поляки интернировали, а воинов атамана Шашкевича не задевали. Союз с белогвардейцами в Галицкой армии, хотя и вызвал предостережение, политически был ближе, чем союз с Красной армией

Таким образом, это был бы один из возможных выходов. Но политическое руководство осталось в Вене и не сделало никаких попыток добраться до Галицкой армии, чтобы управлять ею на городе.

Воины в ситуации, когда им надо принимать политическое решение, часто теряют голову и оказываются, как корова на льду, в непонятном положении и, как правило, принимают неверные решения. История в этом случае нам это доказала: при отсутствии политического руководства Галицкая армия шаталась от одного союзника к другому и в результате снискала себе печальную славу политически неопределенного союзника, что также сказалось на ее судьбе в польских лагерях.

– Как отличался для самих галичан союз с белогвардейцами и красноармейцами? Как они их воспринимали? Возможно, остались воспоминания галицких воинов по этому поводу? Союз с красноармейцами обещал только одно – возможно, Галицкая армия вернется в Галицию и выбросит польских захватчиков со своей территории

– Союз с белогвардейцами в Галицкой армии, хотя и вызывало определенные оговорки, политически был ближе, чем союз с Красной армией. Речь шла о том, что с помощью Антанты, которая стояла за спиной белогвардейцев, галичанам удастся завоевать признание международного сообщества на собственную государственность в Галичине. Для них Красная армия это была банда, голь, люди с другой цивилизации, какая-то азиатская орда

Зато союз с красноармейцами обещал только одно – возможно, под красным флагом Галицкая армия вернется в Галицию и выбросит польских захватчиков со своей территории.

До красноармейцев галичане относились с большим резервою. По воспоминаниям одного из стрелков, когда они оказались в составе советских дивизий и познакомились ближе с Красной армией, то в товарищеской разговоре между собой говорили: «Представляете, что нам скажут родители? Кого вы с собой привели домой? Такую банду мы еще не видели!». Для них Красная армия это была банда, голь, люди с другой цивилизации, какая-то азиатская орда.

К белогвардейцам было отношение как к бывшей царской армии, унаследованное со времен Первой мировой войны. Солдаты австрийской армии имели к русским определенное уважение, поскольку россияне им хорошо надавали в 1914-м и 1916 годах. Это наследие австрийской армии распространился и на белогвардейцев. К ним галичане относились с большим уважением, хотя и не любили их за то, что они не признавали самостоятельности Украины.

– Галичане в союзе с белогвардейцами хранили сине-желтый флаг. А с красными как у них было? Галичане знали, что борьба между большевиками и Польшей разгорится. Это был один из мотивов, почему сделка с красными была заключена

– Красное командование имело целью и потребовало воинов снимать трезубцы. Доходило до того, что в городе, где стоял гарнизон Красной армии, галицкие воины ходили с красными звездами на шапках. Но как только они выходили из этого города, то цепляли обратно свой трезубец. Сине-желтые флаги пришлось спрятать как можно дальше. Отношение к наградам Галицкой армии со стороны большевиков – это был один из показателей, что союз долго не продлится, напряжение будет расти со дня на день.

– На тот момент назревал конфликт между большевистской Россией и Польшей, союзницей которой была Украинская Народная Республика. Галичане чувствовали, что этот конфликт надвигается? И что они думали по этому поводу?

– Галичане знали, что борьба между большевиками и Польшей разгорится. Это был один из мотивов, почему сделка с красными была заключена, чтобы вернуться гвместе с ними в Галиции и восстановить украинскую государственность. А под красным флагом – это уже для них второй вопрос. Сначала выбросить оккупанта на своей территории, а там уже разбираться с большевиками.

Чего они не знали, так это того, что Симон Петлюра заключил Варшавский договор. Эта информация была в галицких политиков, которые из Вены никак не могли эту информацию передать армии. И когда вспыхнуло восстание галичан против большевиков, то вскоре оказалось, что армия УНР воюет в союзе с поляками. Для многих галичан это была неожиданность. И этим шоком обумовилася то обстоятельство, что многие галицких стрелков не захотели продолжать борьбу в рядах армии Симона Петлюры.

– Варшавское соглашение между Петлюрой и Пилсудским предусматривала, среди прочего и то, что Петлюра признавал права Польши на Галицию.

– Именно так. Это обстоятельство обусловило нежелание галичан продолжать борьбу в 1920 году. Очень немного солдат Галицкой армии в результате продолжили свою службу в рядах УНР. Большинство выбрали плен или вернулись домой.

– Вы упомянули антибольшевистское восстание галичан. Что его вызвало и какие были последствия? Первой восстала против большевиков кавалерийская бригада атамана Шепаровича 6 апреля 1920 года

– Этот конфликт должен был вспыхнуть, но за неимением политического руководства, в первую очередь, вспыхнул в разных местах неодновременно. Это восстание было размытым во времени. Первой восстала против большевиков кавалерийская бригада атамана Шепаровича 6 апреля 1920 года. Она пыталась побудить к восстанию 3-ю галицкую бригаду. К сожалению, командование, считая, что кавалеристы Шепаровича действуют ни с кем не согласовано, отказались присоединиться к восстанию. Свое решение мотивировали тем, что большевистские репрессии, которые будут неизбежны, как только факт восстания станет широкоизвестным, захватят многих галичан, разбросанных по разным уголкам Украины. Опасаясь репрессий, командование 3-й бригады считало, что начинать восстание еще не время.

Кавалерийская бригада Шепаровича прошла от Одессы до Умани, а затем к Днестру, где присоединилась к армии УНР. Однако этот первый выступ не был поддержан широким кругом стрелков. Многих стрельцов и старшин казнили практически сразу, кое-кого отсылали в Москву и они потом погибли в лагерях, как генерал Никитка, уже летом 1920 года, отказавшись перейти на службу к большевикам

Восстания 23 апреля также не было достаточно организовано. Инициативу взял на себя командир 2-й галицийской бригады Юлиан Головинский. Чтобы компенсировать недостаток политического руководства, он издавал приказы от имени подпольного революционного комитета Галицкой армии. Две бригады из трех поддержали его выступление. К 1-й бригады украинских сечевых стрельцов его приказы или не добрались, или были сознательно проигнорированы. Этот вопрос еще нужно исследовать. Поэтому выступили только две бригады.

Между тем, все галичане, которые оказались на задворках красного фронта – в Киеве, Виннице, Жмеринке и других городах – не знали о начале восстания и потому без сопротивления добрались до рук большевистской ЧК. Многих стрельцов и старшин казнили практически сразу, кое-кого отсылали в Москву и они потом погибли в лагерях, как генерал Никитка и много других уже летом 1920 года, отказавшись перейти на службу к большевикам. Эта трагедия привела к тому, что впоследствии Юлиану Головінському в Галичине не подавали руку, считая его виновным в массовых казнях галичан, когда он поднял восстание. Польское наступление спас хотя бы этих две бригады от того, чтобы большевики также многих не расстреляли

Именно восстание было плохо скоординировано, поскольку бригады действовали довольно далеко друг от друга и не могли объединить свои усилия. Красные восстания ликвидировали в течение двух дней. И останкам этих бригад пришлось сдаваться польском войске, которое наступало с Запада. Можно сказать, что польское наступление спас хотя бы этих две бригады от того, чтобы большевики также многих не расстреляли.

– Можно сказать, что Галицкая армия перестала существовать в апреле 1920 года?

– Де-факто, оно закончилось 1 мая 1920 года. До этого 1-я галицкая бригада еще действовала как единое целое в составе Красной армии. После 1 мая она уже распалась на части. «В рядах государственно российских братьев» Украинец с Кубани про Галицию: здесь живут наши люди, поют наших песен