Ветеран-активист: сложно доказать, что депрессия или мигрени – это проявления контузии

Ветеран-активист: сложно доказать, что депрессия или мигрени – это проявления контузии


Трое братьев – Александр, Дмитрий и Сергей Кучмы – семья из Обуховского района на Киевщине, которая принимала участие в российско-украинской войне. Александр Кучма уже во второй раз возглавил Союз ветеранов АТО (ООС) «Обухивщини» и, по его словам, «воюет» с бюрократической машиной за медицинскую помощь и социальные права своих собратьев.

– Я вторично вступил в полномочия председателя правления Союза ветеранов АТО (ООС) «Обуховівщина» в январе 2020 года. Сейчас основные вопросы, которые касаются ветеранов и которые нужно срочно решать – это здоровья, здоровья и еще раз здоровья.

Звонили мне ребята из моей родной 72-й бригады – один из их собратьев, героический парнишка, постоянно пьянствует. Мы два раза его клали на реабилитацию и оздоровление, а он говорит: «Ребята, я же не знаю, к кому обращаться за психологической поддержкой, с кем говорить о реабилитации».

– Не является ли это результатом отсутствия коммуникации между ветеранами и соответствующими органами?

– Возможно и так. Об этом я ранее в беседе с Радио Свобода говорил: не ветеран должен ходить и искать «своего» врача и чиновника, а наоборот! Также остаются открытыми вопросы обеспечения лекарствами.

Из тех проблем, которые мы с побратимами решили – это перевозки ветеранов, подписываем меморандум с «Обуховтранспас» о сотрудничестве.

– Вернемся к проблеме обеспечения лекарствами...

– Да, это проблема насущная. Смотрите: многие из ветеранов (и из военных подразделений и добровольческих батальонов), которые 2014 года на востоке защищали Украину и прошли тяжелые бои, во время тех боев получали не только ранения, но и контузии. Но контузия не всегда проявляет себя сразу, иногда через несколько лет после возвращения бойца домой. Оформить контузии сложно, даже при наличии необходимых бумаг и медицинских выписок

Ребята нуждаются в реабилитации и лечения, но обеспечить лекарствами их сложно, потому что сложно доказать, что, например, депрессия или мигрени – это проявления контузии. Оформить контузии сложно, даже при наличии необходимых бумаг и медицинских выписок.

– Вы общаетесь с чиновниками разных уровней?

– Да, мотаюсь между чиновниками местного и областного уровня, о количестве бумаг, которые иногда приходится оформлять, просто молчу... Я понимаю: если я хочу решать проблемы собратьев-ветеранов, должен забыть о собственных амбициях. Помогают волонтеры, без их поддержки было бы сложнее. Помогают волонтеры, без их поддержки было бы сложнее

Немалую роль играют личные отношения, так, благодаря им мы обращаемся к различных медицинских учреждений, чтобы оздоровили ветерана, и они идут нам на встречу.

– Можете привести примеры?

– К сожалению, бывают экстренные случаи – бывает, срочно надо ребят отправлять к медикам по психологическому состоянию, например. И после медицинского обследования ребята получали вторую-третью группу инвалидности.

– Хорошо, что имеете команду – а поддерживает ли вас семья?

– Конечно! И братья, которые также воевали, меня поддерживают, и жена и все три дочери. Знаете, без поддержки родных, без наличия команды дело с места сдвинуть сложно.