Без восстановления справедливости не будет мира – Щербаченко о преступлениях против человечности

 Без восстановления справедливости не будет мира – Щербаченко о преступлениях против человечности


14 уголовных дел на боевиков по фактам пыток пленных открыл Офис генпрокурора после допроса уволенных на обмене 29 декабря украинцев. Также Офис сообщил о подозрении четырем боевикам, которые унижали бойцов ВСУ на «параде пленных» в День независимости Украины в Донецке в августе 2014 года. Как Украина фиксирует преступления против человечности в Донецке и Луганске – и что светит тем, кто унижал, пытал и убивал мирных украинцев и бойцов ВСУ?

Об этом в эфире Радио Донбасс.Реалии говорили заместитель начальника управления Департамента военных конфликтов Офиса Генерального прокурора Николай Говоруха и председатель Восточноукраинского центра общественных инициатив Владимир Щербаченко.



– Николай, расскажите немного про ваш департамент. Он был создан недавно, в октябре 2019 года. Чем он занимается и кто занимался фиксацией военных преступлений, преступлений против человечности на оккупированных территориях до этого?

Николай Говоруха: Так, департамент недавно создали с образованием офиса Генерального прокурора в январе этого года. По фиксации преступлений, с 20 февраля 2014 года в связи с вооруженной агрессией на территории Украины, перед правоохранительной системой Украины встала задача осуществлять фиксацию осуществлять уголовное преследование за такую категорию преступлений. Аналогичные подразделения были созданы в региональных прокуратурах региональных прокуратурах Луганской и Донецкой областей.

Процедура фиксации каждого преступления является индивидуальной и зависит от его вида. Если речь идет о пытках, жестоком обращении с военнопленными или в отношении гражданского населения, то это допросы потерпевших, проведения экспертиз для установления состояния их психического и физического здоровья. Сейчас СБУ расследуется крупное системное уголовное производство относительно этих фактов. В нем установлено более 3,5 тысячи потерпевших, а допрошено около 2 тысяч человек. Из всех пострадавших около 1 600 – гражданские лица, остальные – военнослужащие.

– Сейчас Офис генпрокурора занимается надзором над следствием, а самим следствием занимаются в СБУ.

Николай Говоруха: Как правило. Но большинство уголовных производств, которыми занималась военная прокуратура переданы в СБУ, также мы наблюдаем по уголовным производствам, которые расследуются Национальной полицией.

– Сколько людей в вашем департаменте занимаются этими расследованиями?

Николай Говоруха: Он поделен на два управления: одно занимается вопросами Крыма, а другое – вопросами Донецкой и Луганской областей. В каждом управлении есть отделы процессуального руководства, а также есть аналитические отделы, которые осуществляют надзор за уголовными производствами в региональных, обеспечивающих методическую работу. Переговоры об обмене – «пряник» от России для Зеленского – Кравченко (рус.)

– Что вы получили на руки, массив задокументированных преступлений?

Николай Говоруха: Да, вы задали вопрос существует ли последовательность расследования этих производств. Да, она существует, нам удалось сохранить институциональную память. У нас состоялся процесс переаттестации сотрудников прокуратуры, большинство людей, которой занимались такой категорией производств, перешли к нашего департамента и присоединились к работе. То есть непрерывность есть.

– Относительно заявлений Офиса генпрокурора о 14 уголовных дел, возбужденных в отношении боевиков, после допроса уволенных украинцев из плена 29 декабря. Расскажите об этих делах подробнее. Собрано достаточно доказательств, которые доказывают именно международный характер вооруженного конфликта на территории Украины Николай Говоруха

Николай Говоруха: Я не могу раскрывать тайны досудебного расследования. Освобожденные украинцы допрашиваются, устанавливаются новые факты, устанавливаются лица, которые совершали преступления. Скажу очень коротко, что собрано достаточно доказательств органами правопорядка и прокурорами, которые доказывают именно международный характер вооруженного конфликта на территории Украины.

– Относительно этих 14 дел, зачем это делается? Что будет дальше, что им светит?

Николай Говоруха: Та категория уголовных производств, которые находятся в нашем департаменте, расследуются как все другие уголовные правонарушения в Украине. Вносится информация в единый реестр, собрано достаточно доказательств, сообщается лицу о подозрении. Если собрано еще больше доказательств, мы направляем дело в суд и происходит судебное разбирательство.

Проблема может существовать, если лицо скрывается от следствия: находится на оккупированной территории или на территории другого государства. Здесь появляется проблема заочного уголовного производства. С ноября 2019 года в соответствии с уголовного процессуального кодекса единственным условием проведения уголовного производства без участия лица является факт наличия ее в базе данных Интерпола, как лица, которое разыскивается и должен быть задержан. То есть так называемая красная карточка.

К сожалению, статус организации Интерпол не позволяет им вмешиваться в любые дела, касающиеся военных преступлений. И категория преступлений, о которых мы ведем речь, все военные. Поэтому большинство лиц недоступны для украинского правосудия и уголовные производства заблокированы. Здесь необходимы изменения в уголовно-процессуальный кодекс. Потому что в английском языке есть такое выражение «Justice delayed is justice denied» – если правосудие задерживается, это означает отказ в правосудии. Новые пленные России на Донбассе: кого и за что задерживают в ОРДЛО после обмена (рус.)

– Владимир, есть ли у вас претензии, пожелания к органам власти Украины, которые фиксируют и расследуют преступления на оккупированных тер��оріях?

Владимир Щербаченко: Конечно, есть, но Николай чуть ли не один из единственных людей, который, придя на должность, обратился к общественным организациям с предложением сотрудничать. Относительно состояния расследования у нас много пожеланий. Нас не устраивает то состояние расследования, который является. Мы понимаем, что в основном преступники или на оккупированных территориях, или в России. Но то как опрашивались свидетели, как привлекались к делам, публичность деятельности прокуратуры, СБУ, полиции относительно расследований. С нашей точки зрения, они не удовлетворительные.

Как пример, дело Корниевского – один из следователей, который отвечал за бойню в Луганской областной государственной администрации. Дело в отношении него уже рассматривается заочно в Кременском районном суде Луганской области. Но часть пострадавших, которым мы помогаем, обращались в полицию, одного мужчину даже не допросили, он ждет в течение нескольких месяцев. Сам суде отказал в заочном уголовном производстве и стал на сторону человека, которую обвиняют в санкционировании этих преступлений и в участии. Законопроект о военных преступников могут рассмотреть на этой неделе, что он изменяет

– Владимир, если оценить базу данных. Вы фиксируете преступления против человечности, Офис генпрокурора также, но с попыткой вынесения приговора. Есть возможность, что в случае реинтеграции останутся люди не наказанными на тех территориях? Пока эти люди будут жить и будет ощущение безнаказанности, а ни мира, ни ощущения безопасности у людей вообще не будет Владимир Щербаченко

Владимир Щербаченко: Возможность всегда есть. Будем работать, чтобы она не реализовалась. Без восстановления справедливости не будет мира. Пока эти люди будут жить и будет ощущение безнаказанности, а ни мира, ни ощущения безопасности у людей вообще не будет.

– Николай, в декабре 2019 года Генпрокуратура направила в Офис прокурора Международного уголовного суда 12 информационных сообщений о масштабные и глобальные нарушения международного гуманитарного права. Зачем? Что происходит в сотрудничестве с Международным уголовным судом?

Николай Говоруха: Скорее всего, речь идет не о 12 в декабре месяце, а вообще 12. В отношениях с государством Международный уголовный суд работает на принципе комплиментарности. То есть он начинает расследование в том случае, если государство не хочет или не может привлечь к ответственности определенных преступников. В 2014-2015 годах Верховная Рада Украины подала два заявления о признании юрисдикции Международного уголовного суда, которые дают ему право проводить расследования в отношении преступлений против человечности во время Революции достоинства и в отношении преступлений против человечности и военных преступлений от 20 февраля 2014 года.

Несмотря на тот факт, что мы еще не ратифицировали Римский устав, полномочия Международного уголовного суда. Уже с лета этого года Украина может ратифицировать Римский статус. Мы надеемся, что Офис прокурора Международного уголовного суда начнет расследование в отношении Украины. Мы понимаем, что Международный уголовный суд не является панацеей от всех или от определенной категории проблем, которые существуют в нашем государстве. Органы правопорядка и прокуратура работают в привычном режиме, мы делаем все, чтобы привлечь преступников к ответственности за нарушение международного гуманитарного права на территории Луганской и Донецкой областей. И также стараемся использовать все международные механизмы, в частности, сотрудничество с МКС. «После пыток его не узнала даже мама». История пленного пленника «ДНР»

– Насколько я понимаю, еще решается, что сможет расследовать только Украина, а которые делу передать в МКС. И если что-то будет передано в Международный уголовный суд, который это будет иск?

Николай Говоруха: МКС не занимается вопросами ответственности государств. МКС сам решает какие категории дел он будет расследовать. Он решает вопрос о индивидуальной ответственности физических лиц. Как правило, речь идет о высочайшем и среднее звено.

– Какие рычаги есть у Международного уголовного суда, чтобы привлечь к ответственности? Например, если будут вынесены приговоры для россиян.

Николай Говоруха: Здесь есть проблематика в том, что решение МУС есть обязательные только для тех государств, которые ратифицировали Римский статут. Россия к таким государствам не относится, по состоянию на сейчас. Но время все меняет.

– Если Верховная Рада примет закон об амнистии всех участников военных действий на Востоке Украины, значит ваша работа сойдет на нет? Эти иски, приговоры аннулируются?

Николай Говоруха: Институт амнистии в том виде, как он работает сейчас, не предусматривает освобождения от уголовной ответственности, он предусматривает только от отбытия наказания. В таком случае, если принимается закон об амнистии, он применяется лишь к тем лицам, в отношении которых суд принял решение – привлек к ответственности.

Как отметил господин Владимир, очень важный процесс примирения и один из ключевых элементов этого процесса примирения, который будет происходить после возвращения оккупированных территорий Украине, это привлечение к ответственности тех, кто совершал преступления и установления правды.

ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ