«Мы видим создание исторического мифа»: что означал крымский референдум 1991 года?

 «Мы видим создание исторического мифа»: что означал крымский референдум 1991 года?


В оккупированном Крыму 20 января отметили 29-ю годовщину референдума о воссоздании Крымской автономии. До аннексии полуострова эта дата отмечалась как День Автономной Республики Крым. В 1991 году на всеобщее голосование был вынесен вопрос: «Вы за воссоздание Крымской Автономной Советской Социалистической Республики как субъекта Союза ССР и участника Союзного договора?». Положительно на этот вопрос ответили более 92% от проголосовавших. О значении этого референдума для дальнейшей истории полуострова шла речь в эфире Радио Крым.Реалии.

Крымский историк, директор подконтрольного ныне Москве Центрального музея Тавриды Андрей Мальгин, который возглавил этот музей задолго до 2014 года, рассказал Крым.Реалии о важен контекст референдума 1991 года. Мы шли на референдум с надеждой, что Крым станет полноценным субъектом обновленного Союза. Конечно, ничего не получилось Андрей Мальгин

«Получение Крымом автономии в 1991 году было частью так называемого Новоогарьовського процесса накануне заключения нового Союзного договора. Именно во время обсуждения будущего страны в городке Ново-Огарево под Москвой прозвучало предложение включить в обновленного Союза автономные республики наряду со всеми другими. Когда в Крыму проходил референдум, имелся в виду именно эта идея, что полуостров станет союзной республикой. Мы шли на референдум с надеждой, что Крым станет полноценным субъектом обновленного Союза. Конечно, ничего не получилось, а итогом референдума стала автономная республика в составе Украины. Можно сказать, что кто-то был обманут в своих ожиданиях. Для меня было важно, что Крым получает повышение статуса, а в составе какого государства ‒ уже второе», ‒ говорит он.

Дмитрий Белик, которого в России и оккупированном Крыму называют «депутатом Государственной думы России» от аннексированного украинского Севастополя, в интервью агентству «РИА Новости Крым» сказал, что в 1991 году крымчане якобы выразили пророссийские взгляды.

«Люди голосовали за автономию в составе России как субъекта Союза ССР, а в итоге полуостров и Севастополь остались в составе Украины. Мы попались на уловки коварных, хитрых украинских политиканов, которые исказили результаты того референдума, полуостров был силой переведен под юрисдикцию Украины, вопреки мнению людей», ‒ утверждает российский деятель из Крыма (на время референдума Крым уже давно был под юрисдикцией Украины ‒ ред.).

По словам Бєлика, находясь в составе Украины, жители Крыма продолжали «бороться за возвращение домой», поэтому «референдум» 2014 года стал «логическим продолжением» этого.

Крымский историк, который живет в Киеве, Александр Севастьянов называет такие рассуждения ошибочными. Мы имеем дело с созданием нового исторического мифа, якобы 20 января 1991 года ‒ первый шаг до тех событий, которые произошли в 2014-м Александр Севастьянов

«Мы имеем дело с созданием нового исторического мифа, якобы 20 января 1991 года ‒ первый шаг до тех событий, которые произошли в 2014 году. Но очевидно, что всего достаточно размытое формулирование чиновниками областного комитета КПСС в бюллетене, мы не можем сказать о том, что это отражало желание оказаться в России. Тогда, несмотря на явную кризис Советского Союза, речь не шла о его распад! Ведь после января был март, когда люди проголосовали за его сохранение. Но никто не отменил того факта, что Крымская область, а впоследствии автономия входила в состав УССР. К тому же все последующие события происходили в соответствии с законодательством СССР, и никто ни в его руководстве, ни в руководстве Украинской ССР не препятствовал имплементации референдума. Поэтому мы видим определенную тенденцию к созданию исторического мифа», ‒ говорит историк.

Александр Севастьянов подчеркивает, что РСФСР в лице Бориса Ельцина и УССР в лице председателя Верховной рады Леонида Кравчука подписали документ об отсутствии территориальных претензий, в том числе и относительно принадлежности Крыма и Севастополя Украине. Это попытка вытеснить оценку событий 2014 года Александр Севастьянов

«Закон обратной силы не имеет. Так, когда автономия была в составе РСФСР, но потом оказалась в составе УССР. Если отрицать последнее, по такой же логике мы должны восстанавливать крымскотатарскую государственность в виде Крымского ханства. К тому же новый Союзный договор, где в автономных республик были бы расширены полномочия и права на собственную внешнюю политику, так и не был подписан, поэтому все дальнейшие идеи и догадки не имеют под собой оснований. Мы имеем дело с актуальным историческим процессом. А сейчас Сергей Аксенов (глава российской власти в Крыму ‒ ред.) говорит даже о якобы аннексии полуострова Украиной, в то время как УССР не вводила в Крым войска, не влияла на референдум, не проводила силовых акций. Мне кажется, это попытка вытеснить оценку событий 2014 года», ‒ говорит он.

Председатель Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров объясняет, почему крымские татары консолидировано выступили против того референдума. Тот референдум был неоправданным, его нельзя было проводить Рефат Чубаров

«На самом деле референдум 20 января 1991 года и последующее предоставление Крыму автономии стали одними из первых в цепочке действий, которые впоследствии принесли несчастья 2014 года. Тот референдум был неоправданным, его нельзя было проводить. Тогда еще не был создан Курултай, но уже работала организация крымскотатарского национального движения, и мы категорически выступили против попытки определить статус Крыма голосованием жителей, значительная часть которых поселилась на полуострове после депортации коренного народа. Это было только начало поверисчезновения крымских татар, вернулось только 60-70 тысяч человек. Сначала Москва говорила о нецелесообразности автономии, а потом сама Компартия организовала этот референдум. Они боялись того, что крымские татары де-факто массово возвращаются и будут настаивать на своей автономии», ‒ говорит крымскотатарский деятель.

Рефат Чубаров убежден, что Россия в то время пыталась заложить основы для будущих конфликтов на сложных территориях как Крым, Приднестровье и других, чтобы препятствовать независимой политике бывших союзных республик.

«В случае с Крымом и крымскими татарами есть естественные права, реализация которых не зависит от количественных показателей. Такое коллективное право любого народа на самоопределение, которое не зависит от того, как другие народы на это смотрят. Другое дело, что они могут сказать: «давайте Подумаем, как вы будете реализовывать свое право на самоопределение, чтобы при этом не были ограничены наши права». То есть можно говорить о соотношении прав, которые присущи любому народу ‒ вот это уже будет конструктивный диалог, здесь можно вместе находить такие формы и правовые механизмы управления Крымом, когда будет доволен и его коренной народ, и те люди, которые там живут, разумеется, за исключением тех, кто поселился там после 2014 года, после оккупации. У них одна дорога ‒ назад, домой в Россию», ‒ отмечает Рефат Чубаров.

Крымский историк и публицист, кандидат исторических наук