Генерал Кривонос: о предательстве в 2014-м, Порошенко, Зеленского, «клоунов» в СНБО и силовое освобождение Донбасса

 Генерал Кривонос: о предательстве в 2014-м, Порошенко, Зеленского, «клоунов» в СНБО и силовое освобождение Донбасса


Как украинские военные могли противодействовать аннексии Крыма и какими были бы последствия вооруженного сопротивления? Что разрушает украинскую армию? Почему решил участвовать в выборах президента, и, в конце концов, снялся в пользу Порошенко? Как изменилось отношение к Владимира Зеленского? Почему СНБО – он назвал «посмешищем с клоунами», а также о создании частных военных компаний в Украине и силовой сценарий возвращения Донбасса – все это в эксклюзивном интервью Донбасс.Реалии ѕз генерал-майором ВСУ и заместителем секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины Сергеем Кривоносом.



– Разговор хотелось бы начать с 2014 года, когда началась аннексия Крыма. Можете ли рассказать, какие именно тогда перед вами стояли задачи?

– Война для Вооруженных сил началась 31 января 2014 года, потому что именно тогда части Высокомобильных десантных войск и части специального назначения были подняты по тревоге. И мы начали отрабатывать план, который предусматривал противодействие захвату территории Украины. Этот вариант Генеральным штабом был предусмотрен и отработан.

– Можете рассказать, в чем заключался этот план, как имели тогда противодействовать аннексии украинские Вооруженные силы. Я не уверен, остался ли этот план. Вполне вероятно, что он уже уничтожен

– Я не уверен, остался ли этот план. Вполне вероятно, что он уже уничтожен. Вооруженные силы рассматривали вариант захвата наших территорий. И много военных частей были сориентированы по этому плану, как противодействовать возможным попыткам захвата территорий. В том числе и части ВДВ, непосредственно 25-я воздушно-десантная бригада и 79-и аэромобильная бригада. Они должны были вводиться в Крым, занимать позиции и усиливать то группировки в Крыму, которое имели Вооруженные силы Украины.

– Почему этот план не был реализован?

– Он начал реализовываться, было три этапа этого плана. Первый этап – когда непосредственно вошли передовые подразделения 25-й бригады. И через определенное время должен был начаться второй этап. Но он не был реализован, потому что не были подписаны боевые распоряжения на применение этих частей. Соответственно, план свернули.

– С чем это связано?

– Вопрос, я думаю, политическое. И эти вопросы лучше задавать тому, кто не подписал эти боевые распоряжения – генералу Замані (Владимир Замана – начальник Генштаба ВСУ с 18 февраля 2012 по 19 февраля 2014 годов – ред.).

– Вы, в отличие от многих в военно-политическом командовании страны, говорите о том, что на самом деле в украинской армии в 2014 году были силы для сопротивления агрессии в Крыму. Объясните, почему те, кто говорит обратное, ошибаются. Ваше пребывание в Крыму, усиление группировки позволило бы удержать от того безнаказанного нахальства войска РФ

– У меня есть своя точка зрения и, возможно, я тоже ошибаюсь, опираясь на тот объем информации, который имею. Но я четко знаю, что части ВДВ были способны выполнить свою задачу, которая стояла соответствующего до того плана. Так же, как и группы спецназначения наших полков и центров, которые будут уже в Крыму, четко знали свои задачи и четко их выполняли. И в принципе, теоретически наше пребывание в Крыму, усиление группировки позволило бы, скажем так, удержать от того безнаказанного нахальства войска Российской Федерации.

– Ваша цитата из интервью изданию «Новинарня»: «Если бы мы работали согласно плану, разработанному предварительно Генштабом, то, думаю, на тот момент война с Российской Федерацией могла бы пойти другим путем или ее не было бы». Сейчас, в 2020 году, как вы думаете, какие были бы последствия вооруженного сопротивления в Крыму российской армии. Война показала, что спецназ и ВДВ были мотивированы, подготовлены и способны действовать решительно, правильно и вызывающе

– Вполне вероятно, что до вооруженного сопротивления в Крыму и не дошло бы. Когда россияне увидели бы, что вошли свежие части, а части ВДВ были способны выполнять задачи. То есть начало войны и последующие ее фазы показали, что спецназ и ВДВ были мотивированы, подготовлены и способны действовать решительно, правильно и вызывающе. Война показала, что спецназ и ВДВ были мотивированы, подготовлены и способны действовать решительно, правильно и вызывающе

Или готовы ли россияне пойти на контакт? Насколько я знаю, а я присутствовал на допросах тех, кто работал на Российскую Федерацию в 2014 году, они четко указывали, что если бы со стороны Украины во время захвата Крыма появилась четкая противодействие, то операция скорее всего завершилась бы. По крайней мере, они в этом были уверены.

– Вы сейчас свое мнение не изменили?

– Нет. Я считаю, что мы должны были показать «зубы», огрызнуться. Почему враг всегда уважает силу? И история показывает, что непосредственно русские, когда получают жесткий отпор, делают «откат» назад и начинают искать новые пути.



– Вы сейчас работаете в СНБО и, в принципе, у вас теоретически есть или была возможность напрямую общаться с людьми, которые тогда принимали решения. С исполняющим обязанности президента, с министром обороны и так далее. Вы лично им эти вопросы задавали? Почему тогда было принято такое решение?

– Я не задавал им эти вопросы.

– Почему?

–Потому что, я думаю, они сами со временем расскажут.

– Вам не было интересно?

– Мне было очень интересно, но вопрос заключается в другом. Когда ты спрашиваешь, не всегда тебе скажут правду. До определенного момента люди сами вызревают, даже в политическом смысле, когда они расскажут все-таки как было на самом деле.

– После Крыма вас отправляют на Донбасс. Пожалуй, сейчас наиболее известный факт из того вашего периода, это оборона Краматорского аэропорта. Мне удалось найти такие интересные факты про эту операцию: 47 дней в��орони, больше 180 человек в подчинении, более 60 обстрелов и ни одного убитого украинского военного. Это, конечно, не может не поражать.

Но еще один момент, который бы я хотел с вами сейчас обсудить: вы когда рассказывали про эти события коллегам, вспоминали, что одной из главных проблем во время обороны была нехватка питьевой воды. Можете рассказать эту историю, почему так получилось?

– Со стороны сепаратистов был взорван водовод, который подходил к аэродрому, соответственно, в первые дни мы постарались максимально подтянуть воду, которую могли. Затем водовод был перекрыт в другом месте и подорваны природные источники на определенной отставные от аэродрома. Поэтому, нормальной питьевой воды у нас было не так много.

Мы преимущественно использовали воду, которая была в пожарных водоемах, а это бывшие цистерны для хранения авиационного топлива. Соответственно, вода в них не так часто пополняется, по консистенции она больше напоминала тосол и с сильным привкусом керосина. Но, в принципе, керосин нас и спас. Почему? Потому что мы воду, конечно, очищали, делали всякие фильтры из подручных средств, но керосин обеззараживает воду и поэтому у нас не было никаких кишечных инфекций. Несмотря на то, что привкус отвратительный, но результат – удивительный.

– Была информация о том, что 19 дней – период, когда не было прямых поставок воды. Сложно было в психологическом плане?

– Во-первых, поставок воды и потом не было. Просто потом пошел период дождей.

– То есть вам повезло?

– Да, нам повезло, потому что начались дожди...

– Какие эмоции были? Пожалуй, это был самый прекрасный дождь в жизни?

– И причем он пошел сразу таким хорошим ливнем. Люди мылись и пили воду сразу во время дождя. То есть пралися, не снимая одежды, посыпая его порошком. Ливень был достаточно серьезной, еще и холодная, но это была бурная радость! Отсутствие воды психологически давит на людей, но мне повезло с подчиненными – основная часть из них были десантниками и спецназовцами, немного людей из авиационной комендатуры.

То есть костяк был из профессиональных военных, которые к таким вещам приучены. И они держались достаточно стойко.

– И последнее по 2014 года. Мы знаем, что в начале июля украинская армия взяла под контроль Славянск и Краматорск, но значительной части боевиков удалось выйти из окруженных городов (украинские войска заняли Славянск и Краматорск 5 июля 2014 года, которые под контролем боевиков находились почти три месяца – ред.).

Вы говорили, что координаты той колонны, выходившей во главе с боевиком Гіркіним-Стрелочным были и вы их предоставляли командованию, но огонь почему-то по ним не открыли. Можете рассказать немного больше об этой истории, потому что, мне кажется, она очень важна для дальнейшего развития событий на Донбассе. Мы предоставляли координаты передвижения этой колонны и требовали огня. Но огонь не был открыт

– Группы 8-го полка, которые работали в составе основного группировки, сопровождали колонны и тоже давали координаты. Так же как и мы предоставляли координаты передвижения этой колонны и требовали огня. Но огонь не был открыт, когда противник начал выходить уже с самого Краматорска.

На отрезке между Краматорском и Костянтинівкою достаточно мест, где можно абсолютно спокойно, не боясь поразить местное население, уничтожить эти подразделения. И авиация, которая вылетела, а мы направляли авиацию, координировали куда и как лететь, не открыла огонь. Почему? Зададите вопрос тому, кто руководил общей операцией.

– Кто это?

– Генерал Муженко (Виктор Муженко – начальник Генштаба ВСУ с 3 июля 2014 по 21 мая 2015 лет – ред.). Какие мотивы у него были?! Потому что у меня на то время просто слова закончились и я уже просто открытым текстом рассказал ему, что он нас слил и предал.

– Вы считаете это изменой?

– Абсолютно правильно.

– Это просто непрофессионализм. Если вы не уничтожаете врага, то вы или способствуете врагу, или нас предаете. Поэтому было это высказано

– Знаете, сейчас уже время прошло. Мне говорят, если бы ты промолчал, то возможно бы у тебя карьера сложилась иначе.

Я отвечаю на это так: вы попробуйте промолчать, просидев 47 дней в окружении и понимая, что тебе на помощь никто не придет в случае обострения ситуации, а так оно и было реально. И когда за твоей спиной стоят подчиненные, которые с тобой плечо в плечо защищали этот аэродром. Уровень восприятия реалий тогда был значительно острее, чем сейчас.

Это сейчас мы можем спокойно рассуждать, это сейчас мы можем спокойно анализировать, а тогда не было полутонов, а было или черное, или белое – если вы не уничтожаете врага, то вы или способствуете врагу, или нас предаете. Поэтому так тогда и было выловлено.



– Как вы считаете, если бы тогда эту колонну удалось остановить, как бы в дальнейшем развивались события на Донбассе? Если бы по колонне был нанесен огневой удар, они бы не остановились в Донецке, а неслись бы наверное до самого Ростова

– Если бы по колонне был нанесен качественный и профессиональный огневой удар и противник понес бы серьезные потери, я думаю, что они бы не остановились в Донецке, а неслись бы наверное до самого Ростова. Почему? Потому что опыт других стран показывает, что с террористами не нужно вести переговоры, террористов нужно уничтожать. И поняв силу нашей власти, силу нашей армии, они не останавливались бы, они понимали, что везде, где бы их не догнали будет ожидать кара. Кара за то, что они делают на нашей земле.

– Есть один информационный повод, который я не могу не упомянуть. Сейчас на слуху дело об убийстве журналиста Шеремета и там фигурирует военнослужащий Сил специальных операций Андрей Антоненко. Насколько я знаю, вы лично с этим человеком знакомы.

– Во-первых, не каждый, кто служит в танковом полку есть танкістом. Так же не все, кто служит в ССО являются чистыми бойцами, потому что там служат и повара, и связисты, и медики, и водители, но все мы ССОшники.

Андрей – очень хороший парень, он очень патриотично настроен, замотивирован что-то сделать в этой стране и помочь ВСУ.

Я познакомился с ним где-то в 2017 году. Сначала слушал его песни, а потом познакомился с ним лично (Андрей Антоненко – автор песни «Тихо пришел, тихо ушел», которую называют неофициальным гимном сил спецопераций ВСУ – ред.).

В 2018 году он приезжал на восток Украины, когда я руководил средств и силами спецопераций в течение семи месяцев. Мы с ним общались, он очень позитивный человек, как раз тот человек, которая помогала нашим ребятам в поднятии боевого духа, он проводил шикарную рекрутинговую работу в тылу Украины: встречался с людьми, агитировал УСН, снимал клипы.

Что касается его профессиональной подготовки как спецназовца, он хорошо стрелял... Но делать из него какого-то «монстра» я бы не стал. Бросать тень на все Силы спецопераций, поэтому то, что человек из ССО в чем-то подозревается – это настораживает

Во-вторых, не стоит обвинять человека в суд, суд еще не принял решение, еще не доказали его вину. И бросать тень на все Силы спецопераций, поэтому то, что человек из ССО в чем-то подозревается – это то, что напрягает и настораживает.

И не только моих спецназовцев, но и других людей.

– Тот мотив, который озвучивают правоохранители – дестабилизация ситуации в стране. Насколько он убедительно звучит? Я не услышал никакого ответа относительно мотива убийства Шеремета

– Неубедительно!

Пока я не могу сложить все пазлы, я не услышал никакого ответа относительно мотива убийства Шеремета этими людьми.



– Почему вы в 2019-м решили, что Порошенко нужно изменить?

– Потому что беда всех предыдущих президентов – «свита делает короля». Какие красивые лозунги не говорил бы президент, его окружение во многих случаях своими действиями дискредитирует любые слова.

Потому что говорит одно, а делается другое.

– Насколько я понял, претензии были больше не к Порошенко, а к его окружению.

– Абсолютно правильно.

– Разве не сам президент формирует свое окружение, разве это не характеризует его в первую очередь?

– Абсолютно правильно, опять же – подбор команды определяет самого руководителя. Но и сейчас, и предыдущий президент подбирали тех людей и верили в те сказки, которые пели. Проблема в том, что, к сожалению, это и теряло всех предыдущих президентов. И такая угроза сейчас может быть и перед нынешним президентом.

– Вы сняли свою кандидатуру в пользу Петра Порошенко, хотя, в принципе, на выборы шли для того, чтобы Порошенко был президентом. Или можете свою логику объяснить? Дискредитируя имя начальника, подчиненные не смогут потом стать руководителями

– Логика достаточно понятна. Психологически и юридически являясь военнослужащим критиковать президента, как бы этого хотелось многим, очень сложно. И это подрывает непосредственно статус верховного главнокомандующего. А немало тех, кто хотел, чтобы мы участвовали в президентской гонке, говорили: «мы вам поможем, поливайте грязью президента и у вас будет все хорошо». А я говорю: «нет-нет-нет, мы в такие игры не играем».

И лучше не получить обещанные деньги и развиваться как-то политически, но сохранить лицо руководителя. Потому что дискредитируя имя кенрівника, подчиненные не смогут потом стать руководителями.

– Вам не кажется, что последовательность этих событий может вызвать подозрение, что вы были техническим кандидатом Порошенко с самого начала?

– Теоретически возможно вы и правы. Задайте вопрос: а сколько раз до того я встречался с Порошенко? С Порошенко я встречался до того, видимо, в 2016 году, да и то где-то на полигоне, на короткие моменты. Потом – в 2015 году. Как можно договориться с президентом и стать техническим кандидатом, не встречаясь с президентом и его окружением?

– Еще через шесть дней после снятия своей кандидатуры вас назначили заместителем секретаря СНБО. Это была договоренность?

– Слово «договоренность» – это, видимо, звучит как-то грубо, но не совсем так. Договоренность была в том, что мне дают реализовать программу «Пять шагов». Это было главной причиной принятия мной решения. Лучше сделать меньше, но качественнее, чего-то добиться для страны, чем достичь лично политически для себя, понимая прекрасно, что по ряду причин, возможно к концу первого тура мы могли и не дойти.

– На посту заместителя секретаря СНБО вы заменили близкого соратника Петра Порошенко Олега Гладковского, которого через несколько довольно резонансных публикаций моих коллег начали обвинять и подозревать в коррупции. Как вы относитесь к этим обвинениям?

– Есть соответствующие органы, которые проводят следственные действия относительно обвинений в сторону г-на Гладковского. Пусть решение и свою точку зрения высказывают эти органы.

– Следствие может тянуться годами, но я уверен, что у вас, как у человека, и как у военного, и как у того, кто пришел работать в СНБО и фактически должен бороться с коррупцией, работать над тем, чтобы ее искоренить, есть свое личное отношение к этой истории. Во многих случаях проблема оборонно-промышленного комплекса – кумовство, коррупция и сватовство

– Конечно, во многих случаях проблема оборонно-промышленного комплекса – кумовство, коррупция и сватовство. Почему? Потому что людей ставят не создавать систему, а роздерибанювати ее. К сожалению, это было видно сразу.

Люди – не профессионалы, которые не понимают технических и экономических процессов, просто относились «контролерами и розпилювальниками» определенных финансовых ресурсов.

Что-то создавалось, но могло создаваться в значительно больших масштабах.

– Я почему пр�� это спрашиваю, потому что эта история с Гладковським, его сыном и схемами в оборонке, всплыла еще до того, как вы поддержали Порошенко. Она была довольно резонансным и вы точно об этом знали. Не было тогда сомнений, стоит поддерживать Порошенко, чей близкий соратник был причастен к таким схемам?

– Близкий соратник, да, это все понятно. Но для меня была задача, чтобы таких схем не было, не допустить их. Поэтому опять же – «свита делает короля». Не защищая Порошенко абсолютно, но насколько он знал реальную ситуацию...

– Вы считаете, что он не знал? Секретарь СНБО Данилов не дает мне возможности этим заниматься, пытается меня отодвинуть в сторону, заставляя меня не мешать ему

– Мне сложно говорить, я не общался с президентом Порошенко на эти темы. То есть задача была – разобраться, навести порядок. В принципе, разобрался – на определенном этапе что-то мы сделали, что-то изменили

Однако, сейчас, реальное руководство, секретарь СНБО господин Данилов сейчас не дает мне возможности этим заниматься, пытается меня отодвинуть в сторону, заставляя меня не мешать ему.

Как он сказал, война же уже закончилась, уже военные не нужны, возвращайтесь в Вооруженные силы. Я готов вернуться в Вооруженные силы, но я четко сказал, что только после общения с президентом.

– Как вы относитесь к Владимира Зеленского, как верховного главнокомандующего? Потому что если не ошибаюсь, вы до второго тура говорили, что вас пугает такая перспектива, что Зеленский может стать верховным главнокомандующим.

– Скажем так, сейчас страх имеет значительно меньшие основания, чем тогда. Почему?

Потому что пребывание того же генерала Хомчака на посту начальника Генштаба внушает мне спокойствие и доверие за наши Вооруженные силы и их применение. За последние полгода Зеленский достаточно броско и ярко вырос. Он способный

Я скажу так, что за последние полгода господин Зеленский достаточно броско и ярко вырос. Он способный. Я понимаю, что он учится достаточно быстро и делает правильные выводы, но очень сложно стать политиком за пол года. Но я изменил свою точку зрения в лучшую сторону, ибо шансы есть. Все зависит от его окружения, которое помогает, подсказывает, формирует его месседжи. Есть определенные провалы, с моей точки зрения, которые я бы изменил. Но поскольку у меня своя точка зрения, то, возможно, поэтому и не подпускают меня к президенту.

– Тогда до выборов вы заявляли, что не пошли бы в команду Зеленского, потому что с непрофессионалами у вас нет желания работать.

– Есть люди, которые достаточно неплохо работают в определенных вопросах, а есть люди, которые продолжают дискредитировать своим непрофессионализмом президента Украины.

– Например?

– Давайте я пока не буду называть эти фамилии, возможно, после встречи с президентом я смогу это озвучить. Я не хочу, чтобы это воспринялось как попытка дискредитировать президента.

– А разве сейчас вы не считаете, что работаете в команде президента?

– Я работаю на благо своей страны и в интересах верховного главнокомандующего. Верховного главнокомандующего, подчеркну. А из команды президента я не многих знаю и они особо не рвутся встречаться. Они живут своей жизнь, а мы выполняем свои обязанности: делай, что должен, а будь, что будет.

– Не так давно Владимир Зеленский уволил вас с двух должностей – председателя рабочей группы по укреплению обороноспособности государства и председателя комиссии по политике военно-технического сотрудничества и экспортного контроля. Вы понимаете причину?

– Конечно, понимаю. Все это было сделано с подачи секретаря СНБО, чтобы ему проще было решать определенные вопросы, минуя меня.

– Что за вопрос? Создание территориальной обороны и вообще реализация программы «Пять шагов» очень кому-то мешает

– Понимаете, создание территориальной обороны и вообще реализация программы «Пять шагов» очень кому-то мешает. Кому мешает? Мы догадываемся. Кому нужна сильная Украина?

– Вы считаете, что секретарю СНБО не нужна сильная Украина?

– Судя по определенным действиям, похоже, что нет.

– Вы довольно жестко прошлись по СНБО, цитата из Фейсбука: «Превратили СНБО из Совета национальной безопасности и обороны Украины на посмешище с клоунами». Что это означает? Данилюк, и Данилов умудрились упустить уровень значение Совета безопасности ниже плинтуса

– Смотрите, и предыдущий секретарь пан Данилюк, и господин Данилов за короткое время умудрились упустить уровень значение Совета безопасности ниже плинтуса. И в офисе президента не особенно прислушиваются к определенным действиям Совета национальной безопасности, а соответственно это влияет на ситуацию в стране, в моем понимании, не очень положительно.

Что касается высказываний по поводу «клоунов», то назначение определенных людей советниками, людей «бродячих», мне не понятны. Во многих случаях, люди, которые не имеют доступа к государственной тайне, «бродят» в организации, которая отвечает за безопасность страны. Это, если честно, меня, как военного, настораживает. Это во-первых. А во-вторых, может, они какие-то большие теоретики, но я снова задаю вопрос: а где эти теоретики были предыдущие пять лет? Это люди, которые «всплыли» неизвестно откуда и непонятно чем они занимались.

– Судя по вашим заявлениям о непонятных советников, вы имеете в виду Сергея Сивохо?

– Сивохо – один из большой обоймы, которая есть.

– А что плохого в Сивохо, если он занимается гуманитарными вопросами?

– Какими гуманитарными вопросами?

– Официально это звучит как «реинтеграция и восстановление Донбасса».

– А в моем понимании – это дискредитация и раскачивание ситуации внутри страны такими заявлениями.

– Какими? Научитесь правильно излагать свои мысли, так, чтобы не раскачивать ситуацию в стране

– По поводу примирения, например... Может, �� него намерения достаточно правильные, но надо иметь понятие о контексте...

Научитесь правильно излагать свои мысли, так, чтобы не рогойдувати ситуацию в стране. А так, заявления Сивохо способствуют тому, что население нашей страны разделяется на определенные слои, которые друг другу противоречат.

Кому играет на пользу расслоение общества? Только Российской Федерации.

Дестабилизация страны кому на пользу? Российской Федерации.

Так мы кому на пользу играем? Мы хотим объединиться? Хотим.

Если вы хотите объединить страну, то научитесь правильно изъясняться.

– Вы сейчас о чем-то конкретном?

– Прочитайте все... Но все предыдущие заявления были достаточно специфические. Скажем так, они были токсичны для военных, волонтеров и патриотов Украины.

– Предыдущая власть часто говорила о потенциальной возможности полномасштабного конфликта, а вы верите в такой сценарий в 2020 году?

– Есть определенное видение, но я его пока оставлю при себе. Я не расслабляюсь и четко уверен, что Россия способна за счет той группировки, которая сейчас есть и по своим возможностям, за короткое время осуществить агрессию по захвату наших территорий.

Вопрос в информационном потоке сопровождение этих процессов. Пока предпосылок нет, но возможность у них в любой момент может быть.

– Я почему об этом спрашиваю, потому что вы также в одном из своих публичных выступлений заявляли, что в случае провала дипломатического пути урегулирования конфликта на Донбассе, возможен хорватский сценарий. То есть возвращение территорий во время военной операции. Вооруженные силы Украины должны быть готовы к силовому освобождению территорий Донбасса, если будет политическое решение

– Мое мнение: Вооруженные силы Украины должны быть готовы к силовому освобождению территорий Донбасса, если будет принято такое политическое решение.

– Вы считаете, что это возможно?

– Я скажу, что мы должны быть готовы к этому. Вооруженные силы должны быть к этому готовы. Насколько это будет возможно зависит уже от работы политиков на уровне поддержки других государств. Потому что, если бы не было поддержки Хорватии со стороны стран НАТО, то не было бы и хорватского сценария.

Вариант не исключается, если будет принято политическое решение. Все зависит от того, насколько мы подготовим свои Вооруженные силы. А мы должны быть готовы к этому и занимаемся отработкой по освобождению нашей, подчеркиваю, нашей земли.

Мы не захватываем чужие земли, мы звільнюємо свои земли.

– Когда экспертов спрашивали о возможности подобного сценария, они говорили, что в таком случае с украинской стороны могут десятки тысяч жертв. Такая цена допустима?

– Во-первых, у нас каждый считает себя стратегом, наблюдая бой со стороны. Эксперты эти воевали?

– Вы же понимаете, что неподконтрольный границу позволяет России поддерживать группировки. И вполне возможно, что могут перейти границу.

– Я же говорю, что есть комплекс мероприятий, которые необходимо провести прежде чем принять такое решение.

Первое – это продолжение политического движения на продолжения и усиления санкций в отношении Российской Федерации.

Второе – создание надежной системы территориальной обороны.

Третье – усиление нашей армии и ее способности вести активные наступательные действия.

И в том случае, когда этот комплекс мер будет выполнен, и когда есть политические решения в отношении России – пока Россия категорически не хочет их выполнять – тогда за счет ужесточения санкций и ослабления России, мы должны понимать, что у нас есть возможность освободить свои территории силовым путем. В случае, если Россия ничего не будет делать, чтобы поддержать подразделения сепаратистов.

Это целый комплекс, и в том числе международная поддержка должна к этому идти. И это надо готовить и к этому надо готовиться самим.

Это не за месяц-два проводится, но это возможно.

Читайте еще:

Донбасс-2020: как Зеленский собирается заканчивать войну

«Киборги» Донецкого аэропорта. Цитаты

Командующий Сухопутных войск Канады: «ситуация в Украине имеет влияние на весь мир»

«Башня упала, но стала символом несокрушимости» – защитники Донецкого аэропорта