Российский журналист: «Пропагандисты никогда не отпустят Крым»

 Российский журналист: «Пропагандисты никогда не отпустят Крым»


В конце 2019 года в Париже состоялась первая встреча президента Украины Владимира Зеленского и президента России Владимира Путина в рамках переговоров «нормандской четверки». Накануне в Кремле посоветовали Зеленскому «не поднимать вопрос Крыма» с Путиным на этой встрече.

Что может заставить Владимира Путина говорить о аннексирован Крым? Верят крымчане российским государственным телеканалам? И поддерживает ли общественность в соседней России политику руководства страны? На эти и другие вопросы в студии Радио Крым.Реалии отвечает российский журналист, редактор сайта «Русский Монитор» Федор Клименко.

– Насколько силен в России влияние пропаганды государственного телевидения, если сравнивать с тем, как это было пять лет назад? Холодильник явно в последнее время выходит на первый план Федор Клименко

– Такие социологические источники, как «ФГИ» (российская организация «Фонд «Общественное мнение» – ред.), отмечают разочарование населения в аннексии Крыма. Я не так давно читал последние опросы, согласно которым только 39% однозначно одобряют то, что произошло в марте 2014 года. Это о чем-то говорит. Именно в таком отношении к реальности холодильник всегда ближе, чем телевизор. Холодильник явно в последнее время выходит на первый план.

– Это не мифы, что русские действительно чувствуют на себе последствия подобных действий России?

– Разумеется, чувствуют. Недавно мы занимались сбором данных и смотрели, что средняя зарплата в регионах, если не брать официальные данные государственной статистики, во многих отношениях ниже, чем в Украине, по разным специальностям. Сколько врач получает, например, в Полтаве? Я думаю, что примерно 10-12 тысяч гривен. В российской глубинке врач получает меньше 20 тысяч рублей (примерно 7600 гривен – ред.).

– Мы провели опрос среди жителей Москвы и Симферополя о том, смотрят ли они политические ток-шоу на российском государственном телевидении. Это не репрезентативный опрос, но все же: как вы считаете, почему в Москве несколько респондентов сказали, что не верят телевидению, а в Симферополе наоборот?

– Я думаю, это связано с тем, что Москва – это тот город, в котором в значительной степени больше шансов получить информацию из каких-то оппозиционных источников. Например, расследование Навального. А для простых крымчан, мне кажется, эта российская оппозиционная кухня чуть дальше.

– Президент Украины Владимир Зеленский сказал, что готов сто раз пожать руку российскому президенту Владимиру Путину, когда тот вернет Киеву аннексирован Крым. Как вы считаете, реально ли это и каким образом можно принудить Путина к разговору о Крыме?

– Думаю, что нереально.

– Почему?

– Если, условно говоря, танки НАТО будут стоять на Красной площади и в двери Кремля стучать украинские солдаты, то тогда можно будет заставить Путина говорить о Крыме.

– Но вы же сами говорите, что в течение этих пяти лет россияне экономически ощутили на себе результаты внешней политики...

– Почувствовали. Когда на Путина влияли какие-то настроения россиян? Федор Клименко

– Но это не повлияет на Путина?

– Когда на Путина влияли какие-то настроения россиян? Большинство вещей, которые были сделаны Путиным, были сделаны против настроений россиян. За исключением этой истории с Крымом, которая в каком-то плане подыграла имперским настроениям населения, которое за это же и пострадал.

– Почему же тогда используется столько ресурсов силовых ведомств для того, чтобы подавлять протесты в России?

– Это разные вещи. Понятно, что люди недовольны своим существованием, люди недовольны политической системой все больше и больше. Люди не верят власти, люди ненавидят так называемых правоохранителей. Но вопрос Крыма с этим никак не связано.

– Есть санкции, которые были введены после аннексии Крыма. Они касаются и людей из ближнего окружения Путина. Может ли это повлиять на то, чтобы они говорили с Путиным и подталкивали его к разговору о Крыме?

– Я думаю, что нет. Им компенсировали все то, что они потеряли из-за санкций. Более того: второй круг олигархов, которые перешли Путину в наследство, так называемой «ельцинской семьи», тоже в достаточной степени лояльны к Путину. Не знаю, страх это или из-за любви... Но мы не видим никаких признаков раскола ближнего путинского круга.

– Какое Крым сейчас имеет значение для Кремля?

– Мы же помним всю эту пропаганду про «сакральный Крым», «священность Херсонеса» и всю эту муть, которую говорил Путин и его пропагандисты в 2014 году. Они никогда от этого не отступят, это уже понятно. В этом случае как-то изменить риторику-значит полностью признать свою несостоятельность. У них нет никаких возможностей подчеркнуть свою значимость и полезность для страны, кроме каких-то внешнеполитических успехов и таких моментов, как история с Крымом.

– В конце ноября руководитель парламентской фракции ЛДПР в Госдуме России Владимир Жириновский заявил, что через Украину может начаться война, и России, возможно, «придется примитивно уничтожить киевский режим». Также он сравнил Украину с гитлеровской Германией 1933-го года. Такие заявления стоит воспринимать всерьез? Для российского режима было бы наилучшим сценарием увидеть уличные бои в Киеве, хаос, развал Федор Клименко

– Думаю что нет. Но, с другой стороны, как мы понимаем, для российского режима было бы наилучшим сценарием увидеть уличные бои в Киеве, хаос, развал. Такая ситуация дала бы возможность России сказать, что мы вынуждены вмешаться, чтобы не гибли люди, мы вводим войска. Вот о чем бы они мечтали. Чем больше беспорядка, хаоса, чем хуже живут люди, хуже экономика, тем лучше для Москвы.

– От чего зависит, выйдут ��иуды протестировать в российских регионах? Люди – это новая нефть Федор Клименко

– Люди в России, скорее всего, не будут протестовать против любых политических решений, которые, как им кажется, не затрагивают их. Уровень стратегического мышления у людей достаточно низкий. Но при этом они, скорее всего, выйдут протестовать, если решение властей будет непосредственно влиять на их интересы.

Мы видим, например, что в Архангельской области, в Коми уже год продолжаются многотысячные протесты, которые получаются в некоторых населенных пунктах до 5% жителей города. Это если бы в Москве вышел один миллион на улице. Это довольно существенная протестная активность, которая говорит о том, что люди при определенных условиях готовы протестовать. Судя по тому, как развивается ситуация в стране, она становится хуже, становится меньше ресурсов. А окружение Путина и так называемая властная вертикаль хочет потреблять на прежнем уровне. Соответственно, ресурсы брать неоткуда. И здесь помогает формула: «люди – это новая нефть». Придумываются все новые и новые способы, как с людей выжать ресурс, и людям это не нравится.

– В ноябре в России вступил в силу закон об изоляции «Рунета». В 2019 был одобрен закон о штрафах за оскорбление власти в интернете. Дают ли эти ограничения и блокировки медиаресурсов свои результаты и какова их реальная цель?

– Реальная цель – сделать «Рунет» похожим на «большой китайский интернет». То есть сделать независимую систему ресурсов, собственный YouTube, собственную «Википедию», собственные поисковики. И все это замкнуть внутри национального интернета так, чтобы у людей не было стимула ходить «за бугор», на тот же YouTube. Но я думаю, ничего не получится.