Языковая деколонизация Украины. Или сжег себя Олекса Горняк сегодня?

 Языковая деколонизация Украины. Или сжег себя Олекса Горняк сегодня?
(Рубрика «Точка зрения»)

В украинской истории есть имена, которые украинцам стоит напоминать не изредка, а их должен знать каждый украинец так, как он помнит имена Тараса Шевченко, Леси Украинки или Ивана Франко. На глубокую память украинцев заслуживает, например, Петр Калнышевский. В Киеве украинским патриотам повезло переименовать улицу чекиста Майорова на улицу Петра Калнышевского. На этой улице Фонда имени Петра Калнышевского удалось поставить памятник замордованому на Соловках российским царизмом последнему кошевому Запорожской Сечи. Кинорежиссер из Сум Владимир Савельев готовит фильм про Петра Многострадального. Его самосожжение – это его форма борьбы

Сорок два года назад поздним вечером 21 января 1978 года к могиле Тараса Шевченко поднялся человек. Когда стемнело, он разбросал по склонам Монашеской Горы тысячу открыток, на которых его рукой было написано: «Протест против русификации украинского народа». И далее: «В знак протеста сжег себя Олекса Горняк из Калуша. Только в этот способ можно протестовать в Советском Союзе!».

После этого он облил себя керосином и поднес к груди зажигалку.

Олекса Горняк шел к такому поступку всю свою жизнь. Одиннадцать лет он промучился в заточении. Три из них наказывался в польской тюрьме за неоднократные заявления офицерам во время службы в польской армии о право украинцев быть свободной нацией и иметь свое собственное государство.

А когда после сговора Гитлера со Сталиным в Западную Украину пришли очередные «освободители», они стали отправлять в Сибирь людей, подозревавшихся в украинском национализме. Восемь лет Олекса Горняк провел в концлагерях под Норильском. Он не хотел в очередной раз попасть в концлагерь, но вместе с тем совесть звала его к протесту. В жизни он часто говорил: «Хочу умереть за Украину». И он за нее умер. Его самосожжение – это его форма борьбы. Своей смертью он хотел протестовать против порабощения Украины российской империей и привлечь внимание людей к ужасным последствиям политики русификации Украины Москвой.

В октябре 1999 года решением столичной «Просвіти» был создан Фонд имени Олексы Гирныка «Украинским детям – украинское слово». По инициативе патриотических общественных организаций 2003 год был провозглашен годом памяти Олексы Гирныка. В столице был проведен ряд мероприятий по празднованию 25-й годовщины его гибели, а президент Виктор Ющенко наградил Алексея Горняка званием Героя Украины. В Каневе возле могли Тараса Шевченко на месте самосожжения Олексы Гирныка был поставлен памятный знак, к которому экскурсоводы подводят посетителей шевченковского заповедника.

Ежегодно Фонд имени Олексы Гирныка и Лига украинских меценатов присуждали совместную премию за значительные успехи в национально-патриотическом воспитании детей и молодежи, привитии им патриотического отношение к украинского языка. Таких премий было присуждено за шестьдесят.

Первыми лауреатами премии имени Олексы Гирныка стали писатели Анатолий Бортняк, Иван Низовой, Николай Сом, каневский активист Михаил Ищенко, ряд педагогов и работников сферы просвещения.

На месте гибели Олексы Гирныка растет куст калины, посаженный работниками Шевченковского заповедника. Калина будто напоминает всем патриотам Украины об их святой долг беречь нашу Независимость и активно бороться за украинское национальное возрождение. Калина просит украинских патриотов помочь украинскому языку расправить перебитые крылья.

Если бы Олекса Горняк встал из могилы после 1991 года, он убедился бы, что обрусение украинства во времена господства на Украине российского царизма и московского большевизма оказалось таким глубоким, что на большей территории Украины после провозглашения ее Независимости на высоких властных постах, на различных руководящих должностях оказались люди, для которых украинский язык был чужой. Большинство из них и слушать не хотели о реальное внедрение в Украинском государстве украинского языка как государственного. Чужой стала украинская речь для сотен тысяч преподавателей университетов и школьных учителей.

Особенно горько, что украинский язык не внедрялась в украинском войске, хотя был добрый пример соседей, где их лидер Юзеф Пилсудский после освобождения Польши из когтей двуглавого российского орла объявил курс на «одродзеннє» и запретил русский язык в Войску Польскім. Зато ни один из пяти президентов Украины курса на национальное возрождение не объявлял, а главнокомандующие Вооруженными силами не призывали своих офицеров общаться с украинскими солдатами только на государственном языке.

Не было бы предела удивлению Олексы Гирныка, если бы он узнал, что в украинском парламенте десятки лет ждали своего времени законопроекты, призванные урегулировать функционирование языков в Украине, но украинские либералы считали, что языковой вопрос «не на часі», а избранный украинцами парламент аж восьмого созыва решился утвердить квоты для национальных телеканалов и радио не для языка колонизатора, а для государственной украинской.

Интересна была бы его реакция на принятие Закона Украины «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного», который открывал путь для языковой деколонизации Украины. Ведь с какой лютой ненавистью препятствовали его принятию некоторые влиятельные политические деятели с украинскими фамилиями, один из которых даже заявил: «Мы сделаем все, чтобы этот закон не заработал». Олекса Гирнык отметил бы Виктору Медведчуку: «Закон «не заработал» без вашей помощи, потому что президент Зел��украинский не дал указания его выполнять, а молча дал вказіку делать вид, будто такого закона в принципе нет». «Тогда ради чего я спалился 42 года назад?» – подумалось бы, пожалуй, Алексе.

Поинтересовавшись шестым украинским президентом, Олекса Горняк не мог бы не обратить внимание на тот факт, что Владимир Зеленский родился в некогда казацком Кривом Роге 25 января 1978 года, то есть ровно через четверо суток после самосожжения на Чернечей Горе. Шестой президент своими объявленными в его новогодней речи соображениями относительно отсутствия разницы, на каком языке говорят украинцы, осудил украинское возрождение, которое неожиданно началось в конце каденции предыдущего президента и тем самым еще выше поднял шлюзы для продолжения и совершенствования действия путинского лозунга «мы один народ». И здесь нет ничего удивительного и неожиданного: Вова Зеленский рос и воспитывался во времена и в окружении, где украинцев обзывали бандеровцами. Он рос во времена, когда употреблять слово «нация» было не принято и опасно. Тогда в Москве запланировали «сліяніє наций».

Шестой президент Украины воспитывался во времена активного розукраїнення Украины, а созданный им «Квартал-95» был и остается достижением российского шовинизма. «Квартал» упорно продолжает уже во главе с украинцем Кошевым из села Ківшарівка убеждать украинцев в «нєнадобності» их языка.

По жизни Олекса Горняк частенько любил восклицать: «Чтобы была Украина!». Сегодня он наверняка воскликнул бы: «Но не такая!!!» Перед тем, как отправиться того далекого январского дня в Канев из Киева, Алексей долго бродил по его улицам. Его встречали здесь возле памятника Тарасу Шевченко. Услышанное и увиденное в полностью зросійщеній столицы советской Украины добавило Олексе решимости и отваги.

Но интересно, какое впечатление произвел бы на него нынешний Киев. Конечно, удельный вес украинского языка в Киеве за последние два десятилетия заметно выросла. Многие украинцы перестали стесняться своего национального языка. Ведь теперь на украинском заговорили президенты, премьеры, министры, народные депутаты, судьи и прокуроры и уйма государственных служащих.

В конце концов, украинцы перестали бояться говорить на украинском. Ведь раньше принципиально украиноязычных считали националистами. А быть украинским патриотом всегда было опасно. Сейчас же патриоты объединяются в партии и общественные организации. Украинская детвора в киевских школах хоть и общается между собой на русском, но на уроках слушает и отвечает на украинском. В столичном метро звучит украинская речь, а не так, как было в 1978 году. Большинство телевизионных и радиопередач включительно с футбольными репортажами звучат на украинском, в многочисленных храмах, кроме церквей Московского патриархата, богослужения проводятся на украинском языке.

Узнав, что министр науки и образования пообещала, что в Украине скоро не останется ни одной русской школы, Олекса Горняк не принял бы решение спалиться где-то на Банковой или перед Верховной Радой. Ведь он спалился не только в знак протеста: он не видел другого способа протеста, потому что другой способ закончился бы тюрьмой. Сейчас Олекса пошел бы другим путем. Он смог бы объявить голодовку перед Офисом президента с требованием, чтобы тот дал указание выполнять Закон Украины «Об обеспечениями функционирования украинского языка как государственного».

Алексей обратился бы к лидерам многочисленных национально-патриотических партий и организаций провести общенациональный форум на тему «Язык объединяет украинцев, а не разъединяет их». Горняк наверняка попытался бы организовать еще один языковой майдан... Горняк не спалился бы: он боролся бы и призвал бы других к борьбе за построение действительно украинской национальной государства, потому что нация с двумя языками, к которой призывает президент Владимир Зеленский, на самом деле будет не одной, а двумя нациями.

Юрий Гнаткевич – председатель Просветительского Центра национального возрождения имени Евгения Чикаленко, народный депутат Украины трех созывов