Изменение состава правительства, неизменность на Донбассе и рост тарифов: 12 прогнозов на 2020 год

 Изменение состава правительства, неизменность на Донбассе и рост тарифов: 12 прогнозов на 2020 год


Владимир Зеленский вряд ли снова распустит Верховную Раду в 2020 году, зато некоторые члены правительства могут потерять свои должности. Ситуация на Донбассе, скорее всего, не изменится существенно в течение года, хотя зависит она не только от действий президента России Владимира Путина, но и от того, как быстро президент Украины Владимир Зеленский «попрощается с иллюзиями». Тарифы на газ вряд ли сильно изменятся, а на содержание домов кое-где могут и вырасти. Радио Свобода собрало экспертные прогнозы относительно того, на что украинцам ждать в новом году. Политика Что ждет Зеленского, правительство и Верховную Раду?

По новому закону, выборы должны проходить на пропорциональной основе, а даже на предыдущих выборах партия «Слуга народа» набрала 43%, то есть в нынешних условиях, думаю, будет меньше. Выборы – это всегда непредсказуемо. Потому что рейтинг власти объективно падает в любом случае. Мне кажется, вряд ли Зеленский будет рисковать.

Ему удается поддерживать свой рейтинг, в том числе за счет популистских решений, которые мы видим в последнее время.

Дальше поддерживать этот рейтинг будет тяжело, потому что надо будет принимать решения в том числе и непопулярные, например, то, что касается рынка земли.

В 2020 году мы увидим электоральное ядро Зеленского, которое уже под разными вызовами, различными скандалами, через которые проходит вся его команда, выкристаллизуется. Поэтому и говорить о падении рейтинга и возможные досрочные президентские выборы было бы крайне опрометчиво.

Правительство является довольно компромиссным в сегодняшней его конструкции и, по всем признакам, временным. Именно поэтому есть риски, что он может быть распущен и изменен.



В случае серьезных проблем внутри парламента, подконтрольности большинства президенту с одной стороны, а с другой – ее дееспособности до работы слаженно, мы можем столкнуться с тем, что распускать Кабинет министров до досрочных парламентских выборов, которые могут состояться по такому сценарию, будет нерационально. И тогда мы можем увидеть как раз досрочные парламентские выборы где-то на конец 2020 года, например, осенью, вместе с частью местных выборов.

В 2020 году будет викарбовуватися новая политическая система Украины, которая придет на смену системе, которая существовала в Украине на протяжении нескольких десятилетий и базировалась на противостоянии многих политических сил. На смену ей идет система двух или трех политических сил.

Роспуска Рады не будет. Очень банальная причина: они же («Слуга народа» – ред.) тогда не будут иметь монобільшості, посмотрите на рейтинг. Они не будут комитетов и министров. То есть они, по сути, не будут иметь власти даже близко в том объеме, как есть. И по местным выборам: ОТГ показали, что оргструктуры нет вообще, я думаю, что некоторые шансы провести фракцию остаются в больших городах Юга, но в целом, если местные выборы проходят по плану, то там будут иметь шансы новые, местные политические силы.

Рейтинг Зеленского будет постепенно падать, а когда люди уже понимают, что на местных выборах они (центральная власть – ред.) не будут иметь столько поддержки, то и ключевые доноры, и лидеры мнений начинают искать другие для себя варианты. Но какого-то процесса импичмента или других протестов – я сейчас не вижу на то оснований. Замена Милованова не поможет. Если ищешь виноватого, это должен быть кто-то, кто на слуху Екатерина Одарченко

Какие-то вещи же власть делает. Вопрос в том, она будет прислушиваться к требованиям экспертного круга, гражданского общества. В вопросе о земле мы видим, власть сейчас немного затормозила, потому что она видит оправданы протесты, и этот закон не был принят в турборежиме. Поэтому, если будет такое учет, будет диалог, то это будет правильным.



Но в то же время я не ожидаю такой открытости власти в будущем, потому что мы видим, как принимаются некоторые решения, которые происходят назначения. Есть политические преследования, дело Шеремета, я думаю, также очень показательна. Вопрос в том, будут ли власти придерживаться правового поля или нет.

У нас очень перезрела реформа судебной ветви власти, и вполне вероятно, что Зеленский на это сможет пойти, но в среднесрочной перспективе. Пока что, судя по всему, он сконцентрирован на проблемах сегодняшнего дня, а не стратегических, и, соответственно, вопрос правосудия – слишком объемный и серьезный вызов для того, чтобы его поднять с наскока.

Это требует выхода из турборежима уже полностью всей инфраструктуры и всей властной командой. Поэтому это может произойти где-то во второй половине этого года, но точно не раньше.

Реформы обеспечиваются бюджетом. В нынешнем бюджете не заложены определенные радикальные изменения, земельная реформа даст краткосрочный небольшой результат с точки зрения вложения средств. Но мое личное убеждение, что это есть неправильная вещь с точки зрения развития страны, поэтому я не могу ее оценить как положительную.

А по поводу важных социальных вопросов – реформа пенсионной системы и системы медицинского обеспечения и образования – я просто не видела радикально новых идей. Поэтому мы не можем сейчас оценить, допустим, возможность финансирования вторичной медицины, которую представило профильное министерство, потому что оно его не представило. А масштабных уличных протестов?

Массовые выступления – 16% (столько граждан ожидают в своих городах по результатам исследования фонда «Демократические инициативы» имени Илька Кучерива). Лично готовы принять участие в таких митингах и демонстрациях тоже 16%. Это много или мало?

Очевидно, что таких людей меньшинство, но для серьезных протестов и достаточно активного меньшинства.



Какие-то противоправные акции власти могут вызвать массовые протесты. Условно говоря, если будет разваливаться дело Шеремета, или будет линия на дискредитацию ветеранов и военных, а аргументы власти окажутся провальными и будут рассыпаться в суде, такое возможно. Но я связываю также массовые протесты и с экономическими провалами: вопросы земельной реформы, вопросы Фопов. И, конечно, возможные уступки России.

Фактически, у нас до сих пор с одной стороны кричат, что есть партия войны и партия мира, а с другой кричат, что есть только партия победы и партия капитуляции, и таким образом еще больше раздирают мировоззренческое пространство Украины по вопросу войны и мира. То есть все те водоразделы, которые мы в 2019 году наблюдали, на 2020 год никуда деваться не собираются и, скорее всего, станут при определенных обстоятельствах фактором выхода людей на улицы. Уличные акции не всегда носят протестный или революционный характер. Часто они являются формой политического участия Олег Саакян

Если не будет участия третьей стороны, России не удастся расшатать ситуацию в Украине, то сценарий внутренней справедливой эскалации ситуации до точки невозврата маловероятен... Даже уличные акции далеко не всегда носят протестный или революционный характер. Очень часто они являются просто формой политического участия. От того, насколько качественно Зеленскому удастся мобилизовать свой, третий повестку дня и людей под него, будет зависеть, насколько власть будет навязывать свою повестку дня и выигрывать внимание общества, насколько она будет реагировать на заданный ей интеллигенцией, политическими оппонентами или обществом повестку дня.

Единственное, что может вызвать существенные протесты – это именно такие детали, как изменения в Конституцию Украины, допустим, связанные с Минским протестом. Вот тогда это может иметь определенные негативные последствия.



А отсутствие результата с точки зрения доходов страны от земельной реформы – этот эффект будет немного позже, потому что люди имеют відмоделювати, как это вообще будет выглядеть, кто эту землю будет покупать и так далее, поэтому, думаю, протесты будут связаны исключительно с внешнеполитическим вектором развития страны, а именно в преддверии следующей встречи «нормандской четверки».

Демонстрации могут быть связаны с совершенно четкими моментами, которые будут людей не удовлетворять с точки зрения изменений к Конституции, амнистии или процесса проведения местных выборов. То есть этих трех аспектов.

Война Как будет развиваться ситуация на Донбассе?

Смена личностей в руководстве украинского государства, попытки каких-то инноваций, как мы видели, диалога, «посмотреть в глаза», «поговорить с глазу на глаз», к сожалению, лишь подтвердили наши выводы, что они по сути не меняют ситуации как с ходом конфликта, так и с перспективами его урегулирования.



Наиболее вероятно, что этот год мы будем иметь дело уже с таким в определенной степени стабильным конфликтом низкой интенсивности, и пока перспективы его урегулирования в рамке нормандского формата, или каких двусторонних переговоров или введения миротворческой миссии, очень маловероятны.

Можем до конца года получить какой-то такой «гибридный состояние мира» когда будут одиночные обстрелы наших позиций. Потому что президент Зеленский взял четкий курс на «отбеливание» Российской Федерации и на то, что он всячески своими действиями и речами доказывает всему миру, что Донбасс – это внутренний конфликт и Россия не сторона конфликта.



Поэтому и состоялся обмен пленными, – Путин никогда не делает ничего, когда не имеет в этом интереса, особенно. политического. То он и согласился на обмен том, что Украина поменяла украинцев на украинцев, и поменяла их с Луганском и Донецком. Без участия российской Федерации и без обмена граждан России на граждан Украины.

В принципе в том состоянии, в котором мы находимся, мы очень зависимы, скажем, от нескольких людей в Украине. Сейчас, по большому счету, все будет зависеть от того, что набьет достаточное количество шишек Зеленский. Единственное, что может существенно повлиять на ситуацию – когда Зеленский попрощается со своими иллюзиями Роман Донік

И сейчас единственное, что может существенно повлиять на ситуацию – когда человек попрощается со своими иллюзиями.

Порошенко после трагических событий (Иловайске и Дебальцево – ред.), в принципе, стал больше на позицию русофоба, потому что иначе не получается. Зеленский все еще заигрывает абсолютно со всеми.

Пока что я не вижу вообще никаких действий от человека – даже не от человека, а именно от политического лидера... Пока что это какая-то непонятная игра и желание «объять необъятное». Есть риск обострения боевых действий в течение года?

Большинство экспертов – я поддерживаю эту мысль, – сходятся в том, что вероятность масштабной эскалации и особенно масштабной агрессии со стороны России подобно тому, что было летом 2014 года, или же во время дебальцевських событий, достаточно низкая.

При этом классика прогнозирования или стратегического планирования: даже при низкой вероятности, если она существует, пусть будет один процент, последствия будут настолько критическими, что игнорировать ее невозможно. И военные, об этом говорилось, рассматривают подобные сценарии. Удерживаются ли создаются определенные оборонительные возможности, чтобы если не полностью отбить эту агрессию, то по крайней мере минимизировать ее последствия.



Есть много других факторов или индикаторов, по которым следует очень пристально наблюдать. Это развитие событий в самой России, то, что происходит в Крыму, потребность России усилить свои переговорные позиции в преддверии следующего саммита «нормандской четверки», если такой состоится. То есть это целый комплекс факторов, когда Россия может прибегнуть к этому испытанному инструменту – угрозы или реального применения военной силы.

При такой политике президента Зеленского никакого обострения быть не может.

Да и в России сегодня не та политическая ситуация, чтобы идти на конфронтацию и обострение в Украине. Почему? Россия фактически проиграла Сирию и сегодня пытается «влезть» в конфликт в Ливии. Россия хочет влиять на цены на энергоносители, в том числе на углеводороды – это нефть и газ. Поэтому они ищут новые способы и сейчас активно «втягиваются» в войну в Ливии. Состояние вооруженных сил России не намного лучше наш: и по численности, с укомплектованностью личным составом и вооружением большие проблемы, и самое главное, большие финансовые проблемы в Российской Федерации.

Россия призывает Совет безопасности ООН собраться через действия Турции в Ливии

Да и партнеры по «Нормандской формата» не поймут, если Россия будет «повышать градус», или проводить эскалацию на Востоке Украины. Все же понимают, кто и за чей счет воюет.

Я думаю, ничего существенно меняться не будет. Две причины: России нужна точка дестабилизации в Украине, и второй момент – там около 30-40 тысяч людей, которые с оружием в руках воевали, воюют. Им, по большому счету, некуда деваться, возвращаться некуда.

Эти люди просто так никуда не исчезнут. А пускать их в города на материковую часть Украины – это сделать то же самое, только со всей страной. Поэтому я не думаю, что что-то изменится. Готова ли украинская армия к различным сценариям развития конфликта?

Вооруженные силы довольно успешно сейчас справляются с той задачей, которая перед ними стоит: локализация конфликта, нейтрализация угроз тактического уровня. При этом, если рассматривать не только линию столкновения на Донбассе, то существует также угроза нападения со стороны Азовского моря, Крымского перешейка. Как раз там – об этом также неоднократно отмечалось – защита морских границ Украины, здесь Украина еще имеет довольно слабые возможности.



Идет плавное наращивание Военно-морских сил, принимаются какие-то меры береговой охраны, но еще раз скажу, если рассматривать весь спектр угроз, можно сказать, что условно Вооруженные силы способны реагировать на эти угрозы.

Если говорить о состоянии Вооруженных сил Украины – к сожалению, я считаю, что они «катятся» до состояния 13-го года. Они стагнируют очень сильно, и я не вижу военной реформы сегодня, нет модели вооруженных сил, которую мы собираемся строить. Я видел, в 2019-м году мы «поставили на паузу» почти все программы, которые проводились в Вооруженных силах Украины, особенно из введения процедур НАТО.

Мотивация, по укомплектованности личным составом – она вообще отсутствует в государстве. И сегодня у нас, я бы сказал, очень критическое состояние укомплектованности части подразделений ВСУ. У меня как у гражданина очень большой вопрос: способны ли они еще выполнять задачи по назначению в случае конфронтации, или в случае вооруженной агрессии от внешнего врага?

Сейчас там кто-то говорит о реформировании чего-то, которое хочет осуществлять то же Хомчак. Но с коммуникацией намного хуже, чем было раньше, поэтому военные просто не понимают, что происходит. То есть оно вроде и должно доводиться к сведению, но люди этого не знают и не понимают.

У нас сейчас политика генерального штаба изменилась – они не освещают этого и скрывают, скажем так. Это также проблема, потому что они создают картинку мира, которая нужна Зеленскому.



То есть у нас сейчас две реальности. Рано или поздно Зеленскому придется это признавать, потому что так же не бывает. Но армия – армия готова. То есть у нас, в принципе, ничего не изменилось. Я не могу сказать, что армия потеряла боеспособность или что она деморализована.

Есть вопрос комфорта службы. Потому что все привыкли, что состояние военной службы один, а сейчас от них требуют другого. Сейчас офицеры основной задачей ставят сохранение людей, которые имеют боевой опыт. Потому что много кто может на эмоциях разрывать контракты, не подписывать контракты.

Экономика Чего бояться украинской экономике в 2020-м?

Главное в следующем году – это обеспечить сохранение макроэкономической и финансовой стабильности в стране. Для этого нужно обеспечить сохранение нынешнего статуса-кво в отношении «Приватбанка» в частности и таким образом создать условия для начала новой программы с МВФ, что будет важным и для международных инвесторов, которые должны заходить в Украину. Это должно быть основным источником ускорения экономического роста в Украине.

Независимость Нацбанка – это одна составляющая, а в данном случае это скорее политическая подконтрольность и подконтрольности олигархам судов, которые могут принимать незаконные решения, которые приведут к дестабилизации в частности на финансовом рынке и необходимости, возможно, повторной национализации «Приватбанка» со всеми негативными последствиями, к которым это может привести.



Наибольшие вызовы для экономики в 2020 году находятся вне экономики. Мировой экономический спад, по многим признакам, неизбежен, но, скорее всего, начнется лишь в конце года, поэтому не успеет существенно затронуть Украину. Так же не станут проблемой крупные выплаты по государственному долгу при условии поддержки МВФ, а с этим в основном уже уладили. Аналогично, маловероятны другие экономические неурядицы. Экономика продолжит медленный рост, потому что все факторы ускорения, которые будут запущены в этом году, сработают уже в следующем, 2021-го.

Следовательно, наибольшая возможная проблема для экономики в 2020 году – это политическая дестабилизация, которая возможна в случаях напряженного гражданского противостояния через уступки Путину в вопросах войны и мира или за активные атаки на волонтерсько-ветеранскую сообщество или политичну оппозицию.



Основные риски для украинской экономики в новом году – снижение спроса на внешних рынках, замедление экономического роста в странах-основных торговых партнерах Украины, особенно Евросоюзе. Есть также риск ухудшения настроений на финансовых рынках, что может привести к удорожанию внешних заимствований и проблемы финансирования выплат по внешнему долгу. Как и ранее, существует неопределенность в получении финансовой помощи от МВФ и других международных финансовых организаций, несмотря на подписание предварительного соглашения с МВФ на уровне персонала. Перечень рекомендаций МВФ с высокой вероятностью включает гарантии сохранения «Приватбанка» в собственности государства, независимость НБУ, верховенство права и запуск рынка сельскохозяйственных земель Александр Мартыненко

Продолжение сотрудничества и подписания финального соглашения с МВФ во многом будут зависеть от выполнения первоочередных рекомендаций фонда. Подробный перечень этих рекомендаций еще не опубликован, но с высокой вероятностью он включает гарантии сохранения «Приватбанка» в собственности государства, независимость НБУ, верховенство права и запуск рынка сельскохозяйственных земель. Мы считаем, что есть высокая вероятность подписания финального соглашения с МВФ в первом квартале 2020 года. Чего ждать от курса гривны?

Гривна имеет все возможности в следующем году дальше усиливаться, особенно если будут существенные иностранные инвестиции. Это мы наблюдали в частности в странах Центральной и Восточной Европы в период, когда они вступали в Европейский Союз и привлекали основную массу своих инвестиций, которые заложили условия для столь быстрого роста этих стран в последние 15-20 лет.

Поэтому я думаю, что как минимум это стабильность, как максимум – дальнейшее усиление.

Гривна постепенно будет расти до отметки где-то 27-28 гривен за доллар по состоянию на конец года.

Скачков не будет, если не возвращать «Приватбанк» (бывшему акционеру Игорю – ред.) Коломойскому.

Александр Мартыненко (презентация данных ICU в декабре 2019 года):

Основное наше предположение состоит в том, что в течение первого полугодия курс будет усиливаться. Опять же это связано с тем, что правительство активно привлекать средства инвесторов в рублевые ценные бумаги. Где-то на конец полугодия этот процесс завершится, по нашим предположениям. Насколько мы можем угадать, сейчас судить трудно. Но тем не менее, этому процессу когда-то должен прийти конец.



На второе полугодие ожидаем, что процесс пойдет в обратном направлении. Нет поддержки от инвесторов, немного увеличивается торговый дефицит. Все это вместе, по нашим предположениям, должен произвести слабительный эффект на гривну, но в результате этого гривна не должна уйти куда-то в какие-то большие значения. По итогам года мы ожидаем, что это может быть диапазон 25-25,5 гривен за доллар. Изменятся ли тарифы на коммунальные услуги?

Сейчас самая низкая за 10 лет цена на газ, например, и объективно становится понятно, что дальше ей падать некуда, то есть она уже на дне рынка, серьезно уже не упадет, и будет идти просто передел европейского рынка. Соответственно, объективных способов падения цены на газ нет.

Экономически тарифы должны расти, но будут ли – это исключительно политический вопрос, который мне неизвестен и, я думаю, самому Зеленскому будет неизвестно, как они будут решать в будущем (2020-м – ред.) году.

Возобновляемая энергия. Она может «перезарядить» Украину?

Та же ситуация с электроэнергией. «Центрэнерго» государство загнало в долги за счет, скажем так, привилегированного положения Игоря Валерьевича Коломойского. Представим себе, что это будет продолжаться. Понятно, что для того, чтобы не дотировать предприятие напрямую из бюджета, тариф будет переложен на потребителей.

В нашем случае развитие зеленой энергетики негативно влияет на тарифы. Дело в том, что зеленая энергетика способна снизить тарифы, сглаживая пики роста цен на невідновлювальні ресурсы, но только после того, как зеленая энергетика отбила свои инвестиции. А у нас пока они не отражены.



В целом все коммунальные услуги можно поделить условно на две части. Одна – это содержание дома, обслуживание и содержание домов, в которых живут люди, и вторая – это энергетические услуги, то есть электроэнергия, газ и вода.

Например, никогда в наших сметах расходов на содержание домов не закладывался капитальный ремонт. 20 лет эти деньги не закладывались. 2020 года при появлении новых управителей эти деньги должны закладываться в смету и должны аккумулировать на ремонтные работы в доме.

Взносы на содержание домов будут расти. Они будут более прозрачными, могут быть понятнее, это требует отдельной работы, но в большинстве домов, где нет ОСМД, потому что ОСМД уже эти вещи учитывает, стоимость содержания будет расти.

В целом мы имеем тенденцию на европейском рынке удешевление газа и фактически приближения рыночной цены газа к той сниженной цены с возложением специальных обязанностей на поставку для населения, которая была в прошлом году, то есть цена на газ для населения изменится очень мало.

В электроэнергии в Украине нарастает достаточно сложная ситуация. За счет того, что мы имеем существенный рост возобновляемых источников электроэнергии, имеем существенный рост солнечных электростанций, которые фактически дотировались энергорынком, «атомкою» все предыдущие годы. Сейчас их количество возросло до такого предела, что денег с энергорынка не хватает для того, чтобы дотировать солнечные электростанции в том объеме, в котором они развивались, особенно большие, последний год-два. Поэтому единственным рельним следствием я вижу вероятность того, что цена электроэнергии для населения тоже вырастет.

В 2019 году пота��ности ВИЭ в Украине получили 3,7 миллиарда инвестиций – Госэнергоэффективности

Промышленный тариф дотирует население и, учитывая то, что промышленность больше не имеет этих денег для дотирования, тариф для населения будет расти. Я думаю, что он будет постепенно, постепенно, где-то на 10-20% в год расти, и это процесс неуникненний.

Прогноз следующий: правительство все же в первом полугодии 2020 года скорректирует реформы и проводит конкурентные рынки, и это приведет к снижению цен на электроэнергию, природный газ, приведение их до рыночных индикативов.

Если говорить языком цифр, по моему прогнозу, на внутреннем рынке природный газ будет стоить примерно 4-4,5 тысячи гривен за тысячу кубических метров. Средневзвешенная цена на электроэнергию во всех сегментах рынка в Украине будет в 2020 году стоить примерно 1,6 гривны, ну и, собственно, после этого должно произойти уменьшение платежек на тепло, потому что тепло на 80% зависит от стоимости природного газа.



В 2020 году должно произойти трансформация, переход от ручного регулирования, а, к сожалению, сегодня это, с большой долей политического такого фактора влияния на рыночное регулирование. Другого механизма уменьшить платежки нет.

При условии вывода «Энергоатома» или частичного вывода объемов генерации «Энергоатома» на рынок электроэнергии в 2020 году удастся достичь понятной рыночной цены на электроэнергию, которая будет составлять примерно 1,6-1,55 гривны за киловатт. Это средневзвешенная цена по всем сегментам рынка.