«Человек становится знаком доллара». Обратную сторону молекулярной медицины

«Человек становится знаком доллара». Обратную сторону молекулярной медицины


В наше время ученые умеют не только расшифровывать генетический код человека, но и научились вносить в него изменения, то есть редактировать ДНК. Юрий Мончак называет это революцией, сравнивая достижения молекулярной біологїі в медицине с революционной ролью микропроцессора в компьютере. Профессор Макгільського, Монреальского и Украинского Католического университетов рассказывает о том, что умеет молекулярная медицина сегодня и чего от нее ждать в будущем. Миссия предусматривать

Отчитав геном человека, можно детально исследовать не только мутировавшие гены, которые вызывают болезни, но также предвидеть заболевания. Это и является главной целью проекта под названием “секвенирование генома”. Ведь мы знаем: гораздо труднее решить проблему, чем избежать ее. Например, повышение уровня сахара в крови часто сопровождается осложнениями. Ткань начинает разлагаться, конечность приходится ампутировать. А отчитав геном человека, мы можем сказать заранее, что надо снизить уровень сахара и благодаря альтернативным формам пораженных генов пациент будет жить дальше здоровым.

Я специализируюсь в лимфомах и некоторых видах лейкемии. Мы диагностируем людей, а также сотрудничаем с врачами и фармацевтическими компаниями, которые разрабатывают специализированную терапию. Есть вид лейкемии, где при условии одного мутировавшего гена человек может принимать определенные лекарства. То есть мы получаем образцы крови или костного мозга в лаборатории, за несколько дней делаем анализ. Если этот ген мутирован, сообщаем врачей, они прекращают традиционную терапию и внедряют специализированную. Если человек не имеет того мутировавшего гена, лекарства не будут эффективными. Поэтому с одной стороны мы экономим лекарства, а с другой — позволяем человеку быстрее излечиться.

Своеобразным взрывом в медицине является персонализированный подход к лечению пациента. Первым этапом в развитии этой методики были лекарства Гливек (международное название Imatinib) для лечения хронической лейкемии. Исследователи обнаружили, белок вызывает болезнь, и изготовили лекарства, которые, как ключ, запирают функционирования этого белка, и человек практически полностью излечивается. Разработки распространяются дальше на другие виды рака. Появляется все больше лекарств, направленных против определенной болезни, которые практически не нарушают биохимические процессы организма. Сколько это стоит

И здесь возникает этическая проблема. К сожалению, фармацевтические компании исчисляют, сколько будет стоить лечение, исходя не из стоимости изготовления лекарств, а из потенциала пациента. Цену человека вычисляют по математическим алгоритмам. Скажем, пациенту 38 лет, он сможет работать еще 25, значит, будет зарабатывать столько, с чего государство получит столько. Итак, мы ставим на весы людинороки и определяем сумму. Врачи высказывают свое недовольство, но эту игру остановить не просто.

Приведу опять в пример таблетки Гливек. Сначала их изготовление стоило более 30 тысяч долларов за год. За два года фирма выплатила все расходы на опыты и продукцию. А лет через пять стоимость возросла до девяноста тысяч долларов за год. Теперь стоит еще на сорок тысяч больше. Стоимость лекарств растет, потому что люди и государство зарабатывают на этом. Человек становится лишь цифрой, знаком доллара и соответственно ее стоимости цена таблеток растет или снижается. ©www.radiosvoboda.org