Мы в соцсетях. Подпишись!

Государственный язык Украины. Борьба продолжается

 Государственный язык Украины. Борьба продолжается
Государственный язык Украины. Борьба продолжается (Рубрика «Точка зрения»)

Шесть десятилетий назад поэт Василий Симоненко в стихотворении «Засматриваюсь в твои зрачки» написал: Украина, ты моя молитва, Ты моя отчаяние возрастная... Громыхает над миром яростная битва За твою жизнь, твои права.

Эти поэтические строки не потеряли своей актуальности. Ярким примером служит борьба за языковые права. И в этой борьбе позитивы «воюют» с негативами.



Закон о высшем образовании

В предыдущей статье я обратил внимание на попытку законодателя протянуть в большом законопроєкті норму, которая могла бы взяться за продолжение русификации высшего образования. Именно такими были изменения, внесенные в статью 48 закона «О высшем образовании».

Но 18 декабря этого года произошел неожиданный позитив: Верховная Рада отдала 321 голос за то, чтобы не вернуть русский язык под видом иностранного в учебный процесс вузов. Видимо, понимая, что есть риск провалить весь закон, парламентское монобільшість отказалась от этой антиукраинской авантюры. Более того, парламентарии пошли даже дальше, чем этого требовали ученые и общественные активисты в открытом обращении.

Пункт 3 статьи 48, который был внесен во время первого чтения, отменен, а отредактированный пункт 4 стал пунктом 3: «3. Учреждение высшего образования имеет право принять решение о преподавании одной, нескольких или всех дисциплин, выполнение индивидуальных заданий и проведения контрольных мероприятий на английском языке, при условии что все соискатели образования, которые изучают соответствующие дисциплины, владеют английским языком. При условии, если есть письменное обращение от одного или более студентов, учреждения высшего образования обеспечивает перевод на государственный язык».



Уполномоченный по защите государственного языка

Наконец, 27 ноября, с большим опозданием, выполнено требование нового закона и назначено Уполномоченного по защите государственного языка. Первая прессконференция Татьяны Монахової 10 декабря оставила общее впечатление «осторожного оптимизма».

В коротком вступлении и ответах на вопросы она вообще расставила правильные акценты, но в некоторых темах была не очень уверена и выходила за пределы своих полномочий, в частности в теме заключения Венецианской комиссии относительно нового языкового закона.

Возможно, ее кураторы из правительства ошиблись с датой пресс-конференции, спланировав ее аж через две недели после назначения, когда был обнародован расширенный вывод. Отвечая на вопрос, Татьяна Монахова пообещала от имени государства, что Украина будет в определенной мере прислушиваться к тем выводам в дальнейшей законотворческой работе, и сказала то, что совсем не касается ее полномочий: «в Частности, готовится закон о нацменьшинствах, и там эти все пожелания будут приняты к рассмотрению. Очевидно, еще будет готовиться ответ официальная, реплики наши на эти замечания».

Пожалуй, ей стоило бы взять на вооружение позицию министра образования и науки Анны Новосад во время недавней пресс-конференции в Ужгороде: «...мы продолжим внедрение Закона «Об образовании» 2017 года, выполняя все рекомендации, которые нам дала Венецианская комиссия, и опираясь на решение Конституционного суда, который признал закон конституционным... в июле Конституционный суд очень четко сказал, что Закон «Об образовании» является конституционным, и поэтому возвращаться к разговорам, что в нем есть какие-то ограничения для представителей нацменьшинств в Украине, мы не будем».

Отмечу, что языковые статьи образовательного закона и нового языкового закона идентичны, и Татьяне Монаховій стоило сказать об этом и напомнить, что новый языковой закон находится сейчас на рассмотрении в Конституционном суде по представлению народных депутатов Украины.

Также не очень хорошо выглядело, что свой комментарий на смерть активиста из Бахмута Артема Мирошниченко, который погиб, как многие обоснованно считает, через общение на украинском языке, Уполномоченный по защите государственного языка обнародовала на официальной странице через неделю.

Бросалось в глаза и то, что она придерживается генеральной линии министра культуры, молодежи и спорта Владимира Бородянского, который продвигал ее на эту должность, в вопросе ее функций.

Министр считает, что в защите государственного языка или не наибольшее значение имеет популяризация государственного языка. Такого же мнения о защите украинского через популяризацию и Татьяна Монахова. Кстати, зависимость от министра и министерства культуры просматривалась из ее ответов, а также из того, что свою встречу с языковыми активистами она перенесла с нейтральной территории и в помещения министерства.

И самой большой ее ошибкой стали комментарии о украинское правописание. Во-первых, она сказала, что существует два языково-литературных варианта правописания – восточный и западный. Во-вторых, хоть и утвердили новое правописание, но можно дискутировать о разные нормы, потому что «это не конституция, не категорическое предписание». В-третьих, по ее мнению, «нужно разговаривать так, чтобы всем это было комфортно, нравилось и всем было понятно».

Видимо, такие мысли о правописание не случайны. На ее странице в соцсети активисты нашли заметку, который шокировал грубым его искажением («Праздники Сотия», «Тиларет», «Епітаній»).

По моему убеждению, Татьяна Монахова должна была как-то прокомментировать и очень неприятную историю, которая всплыла сразу после обнародования информации о ее назначении. Такова судьба публичных людей. Конечно, откровенность, как и признание своих ошибок, требует от человека силы и отваги.



Венецианская комиссия

Вывод Венецианской комиссии относительно закона «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» уже анализируемый и достаточно широко комментируемый. Висловлюються разные мнения, но суть большинства из них указывает на то, что этот документ является рекомендациями, которые государство может учесть, а может и не учесть. И это справедливо, потому что существует тонкая грань между помощью и вмешательством.

Хочу остановиться на двух моментах, которые подрывают доверие к выводам Венецианской комиссии и о которых никто не писал. Первый. В разделе «Языковая ситуация в Украине» эксперты назвали Украину многоэтнической страной (стр. 3). Я попытался найти в украинском законодательстве, начиная с Конституции, такое утверждение. Ни Конституция, ни законы, ни подзаконные акты не определяют Украину как многоэтническую страну. Затратив немало усилий, я нашел похожий выражение «консолидация многоэтнической нации Украины» без каких-либо привязку к контексту изложения лишь в обращении президента Виктора Ющенко к Верховной Раде 9 февраля 2006 года. Очевидно, что такое неграмотное высказывание кто-то в начале президентства Ющенко вложил в его обращение неслучайно.

А вот что говорят по этому поводу ученые. Доктор географических наук, профессор кафедры географии Украины Львовского национального университета имени Ивана Франко Мирослав Днистрянский относит Украину к преимущественно моноэтнических государств, в абсолютном количестве населения которых «доля державоформуючого этноса – более 65%». Об этом писала также известный украинский ученый, вынужденная переселенка из Луганска Ирина Магрицкая.

Второй момент. Касаясь статьи 23 о языке туристических и экскурсионных услуг (стр. 20), Венецианская комиссия безапелляционно утверждает, что это – «нарушение свободы выражения мнения, закрепленной в статье 10 ЕСПЧ».

Я перечитал эту статью «Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод». Затем перечитал пункт 8 статьи 23 языкового закона («Языком туристического и экскурсионного обслуживания является государственный язык. Туристическое или экскурсионное обслуживание иностранцев и лиц без гражданства может осуществляться на другом языке») и утверждаю, что там нет нарушений, которые увидели эксперты.

Этой конвенцией любят пользоваться россияне. 19 декабря Европейский суд по правам человека отклонил жалобу российских журналистов на действия Литвы в отношении их выдворении с территории страны. При этом журналисты государственного вещателя «Россия-24» ссылались на ту самую статью 10. Но ЕСПЧ признал их жалобу неприемлемой: «...власть Литвы продемонстрировала необходимость и соразмерность этих мер вопросом национальной безопасности». Кстати, Украина не обращалась к Венецианской комиссии, несмотря на настойчивые «предложения» со стороны европейских структур. Неожиданный для многих приезд экспертов комиссии в начале сентября для изучения языковой ситуации объясняется настойчивостью отдельных столиц. Известно, на ком шапка горит. То, что на заключение комиссии молниеносно отреагировали в Будапеште и Москве, нет ничего удивительного. Министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто сразу заявил, что Украина должна вернуть венгерскому меньшинству «отобранные» права.



Власть

Если коротко, то власть вносит неслучайную, по моему мнению, какофонию в вопрос языка, а то и сознательные провокации. Например, министр Кабинета министров Дмитрий Дубилет написал, что «для изучения языкового вопроса можно посмотреть статистику банкоматов Приватбанка». А часть депутатов и политиков от правящей партии в публичном пространстве переходят с языка на язык – как будто так и надо.

Во время часа вопросов к правительству на заседании парламента 20 декабря заместитель министра иностранных дел Василий Боднар сообщил о «создании специального телеканала на русском языке». Ранее министр Владимир Бородянский несколько раз говорил, что телеканал будет выходить на двух языках. Теперь непонятно, кого дергать за язык лживый, веры и доверия нет. Поэтому «громыхает над миром яростная битва».

Тарас Марусик – журналист, публицист, эксперт по вопросам языковой политики Государственный язык. О юридические позиции органов конституционной юрисдикции Украины и Европы Украинский язык и Рабинович. Конституционный суд Украины дал четкий ответ